Комонс III. Игра на чужом поле

Я пытался ловить их губами, а она упёрлась мне в плечи, прижав плечи жёсткими, как дерево ладошками и энергично двигалась, сопровождая каждый толчок страстными криками и невнятными фразами на испанском и каком- то другом языке. Это была древняя речь «Народа Реки» – подчинённое сознание Парьи подсказало, что на этом языке говорят все жители «Облака». Обитатели же планет пользуются пользоваться местными наречиями, поскольку далеко не всегда речевые аппараты аборигенов способны издавать нужные звуки. И в теле Чуики действительно находится Кармен – сама подруга Парьи, не может знать ни единого слова по-испански, и уж точно не стала бы называть меня «Эугени?то».

Эта утешительная мысль мелькнула и тут же пропала, унесённая горячей волной, пропитанной ароматами незнакомых горьких трав, масла какао и возбуждённого женского тела. Кармен-Чуики изогнулась, обхватила мои бёдра пятками, издала долгий, пронзительный крик, и всё – я сам, комната, «Облако», окружающее нас мироздание, – провалилось в омут мучительно-острого наслаждения.

Первая волна страсти схлынула, оставив после себя теплую нежность и покой. Кармен свернулась калачиком и спряталась у меня под мышкой. Парья подсказал, что Чуики любит лежать так по ночам, но я-то понимал, что девушке сейчас попросту неловко. Не ожидала она от себя (да и от меня тоже) такого поведения – и то, что подчинённое сознание взяло верх, воспользовавшись шоком от переноса, было слабым утешением.

Задумавшись, я провёл пальцем по линиям татуированного узора у неё на плече, стирая капельки пота.

Кармен вздрогнула, прижалась сильнее, и я ощутил, как отозвалось моё мужское естество. Так, прочь игривые мысли! Я что, здесь ради банального траха? Для начала надо расслабиться, и постараться усвоить содержимое памяти Парьи, втянуть его разум, растворить в своём сознании. Я избегал этого на Земле, в отношении моего юного альтер эго – но на это раз всё будет иначе. Сознания и память Парьи – не более, чем полезный ресурс, не освоив который, нечего и мечтать добиться своей цели.

Знать бы ещё, что это за цель такая…

– Думаешь, он сам нас разыщет?

Кармен заворочалась у меня под боком – похоже, постепенно приходила в себя.

– Ты о «Линии Девять»?

Вместо ответа она помотала головой, пытаясь одновременно натянуть на себя простыню. Я отодвинулся, чтобы не мешать этим жалким потугам. Снявши голову…

– Мы до сих пор оглядываемся на книгу.