Соратники

Снаружи ждали трое матросов с «Алмаза», караулящие нечто, старательно укрытое от любопытных глаз чехлом. По знаку генерала, парусину сдернули, и…

– Перед вами, господа, пулемет системы «Максим», образца тысяча девятьсот пятого года на крепостном лафете. К сожалению, не самая лучшая модель, но уж какой есть. Для наших условий – в самый раз.

Старенький пулемет, помнивший еще русско-японскую войну, сняли с тумбовой установки «Алмаза». Древний колесный станок тоже имелся на крейсере на случай высадки десанта.

Теперь раритет пригодился.

Офицеры окружили агрегат и принялись рассматривать казенную часть, утыканную непонятными приспособлениями, медный ствол с крошечным, меньше ружейного калибра, дулом, подозрительно тонкие колеса и станину в виде железной трубы с лемехом на конце. Шестидесятипятилетний генерал, начальник 6-го корпуса, взгромоздился с помощью адъютанта, на сиденье и взялся за рукоятки. Прапорщик, почтительно склонившись к генералу, показал, как выставлять с помощью винта, вертикальную наводку, как устанавливать планку прицела для стрельбы на большие дистанции, как заправлять патронную ленту.

Фомченко подождал, пока офицеры и генералы осмотрят необычный механизм, и продолжил:

– Как вам, несомненно, известно, пехотный батальон способен выпустить в минуту около шестисот пуль. Это устройство вполне его заменяет, представляя собой куда менее уязвимую цель для огня неприятеля – особенно с учетом дальности эффективной стрельбы более кило… более версты.

При наличии трех пулеметов по фронту, противник, атакующий силами полка, будет выкошен огнем за пять минут. Единственная сложность состоит в нехватке боеприпасов, а потому, демонстрировать сейчас действие пулемета мы не будем. Увидите завтра, в бою.

После этого генерал изложил разработанный план: при появлении франко-турецкой эскадры обозначить отход войск с плато, приглашая неприятеля занять оставленные высоты.

И он, конечно, примет это любезное приглашение. Еще бы: здесь ключ ко всей русской позиции. Восточнее начинается обширное дефиле, по которому проходила Севастопольская дорога. Дальше дефиле плавно поднимается, образуя западные скаты Курганной высоты, а перед плато, в излучине Альмы, в беспорядке разбросаны саманные домишки и изгороди татарской деревни Альматамак.