Точка бифуркации

Раскрыл резные дверцы секретера, перебрал бутылки и, приняв, наконец, решение, извлёк на свет божий початую бутылку рома – судя по рукописной этикетке, наилучшего кубинского. Семёнов усмехнулся. Решительно ничего не изменилось с тех пор, как он впервые побывал в кабинете новоназначенного начальника Д.О.П.а. Позвольте, когда же это было? Не так-то и давно всего-то года полтора назад…

Вслед за Корфом он набулькал в чай рома – чуть-чуть, для аромата, день ещё только начинался и злоупотреблять крепким не следовало – и взял с блюдечка дольку лимона.

Барон посмотрел на визитёра, покачал головой и крякнул – как показалось Олегу Ивановичу раздосадовано.

– Я понимаю, вы, господин Семёнов, не слишком довольны тем, что я держал вас в неведении о миссии, которая была приготовлена для вашего сына. Но и вы должны понимать, что…

– Иван – хоть и мой сын, но он уже не ребёнок и даже не воспитанник Морского Корпуса, а мичман флота Российского, – Олег Иванович постарался, чтобы ответ прозвучал по возможности сухо, – В конце концов, Государь не препятствует своему наследнику принять участие в этой авантюре, а ведь роль у него ничуть не менее рискованная.

И вы, барон, вовсе не обязаны спрашивать у меня одобрения, чтобы поручить ему какое-то дело.

Он кривил душой, и собеседнику это было хорошо известно. По сложившейся практике Корф обсуждал с Семёновым все задания, которые он, как руководитель Д.О.П собирался возложить на «гостей из будущего».

– Дело не только в этом, – барон решительно отодвинул стакан с чаем, извлёк из ящика стола рюмки, плеснул в них рома и подал один визитёру, – Видите ли, то, что происходит сейчас, те задачи, что стоят перед нами, требуют людей совершенно особого склада.

Олег Иванович терпеливо ждал, не прикасаясь к рому.

– Людей, для кого… как бы это сказать, – барон пошевелил перед собой в воздухе двумя пальцами, загадочным образом ухитряясь удерживать двумя другими рюмку, – Таких, для кого не существует такого понятия, как «невозможно».

Всё, что происходило с ними за эти годы, само по себе уже невозможно, так что…

Он опорожнил рюмку, отправил вслед за ромом ломтик лимона. Олег Иванович после секундного колебания последовал его примеру.

– Вы сам, господин Семёнов, ваш сын, поручик Смольский, Николай Овчинников, Яша Гершензон, разумеется – как раз из этой породы. Подумайте об этом, и станет ясно, что выбор у меня не так уж велик, особенно с учётом владения некоторыми полезными навыками.