В поисках «Руритании»

Глава четвертая

I

В глади канала почти ничего не отражалось – лишь кое-где, там, где деревья растут поближе к парапету набережной, нежно-зелёная майская листва Никольского сквера, окружавшего церковь Николы Морского, отсвечивала в темно-бурой воде. Позади остались прямоугольные железные арки с цепями, караулящие вход на Египетский мост. Справа и слева от арок привстали на передних лапах темно-красные египетские сфинксы в шестиугольными фонарями на головах. По обеим сторонам от них волновалась Фонтанка; мелькали барки, лодчонки, баржи, кое-где дымили финские пароходики и паровые катера – навигация началась в середине апреля.

Навстречу то и дело грохотали подводы. Бородатые ломовики перекрикивались с людом, толпящимся у распахнутых воротин лабазов. На углу – рыбные лотки, корюшка со снетками; усатый городовой ощупывает масленым, похотливым взором фигуристых кухарок, приценивающихся к товару.

Утро субботы. Леонид Иванович встретил своих кадетов на углу Литейного, и оттуда все трое пешком отправились к Балтийскому вокзалу.

Никола с Ваней шли, красуясь своей формой: тёмно-синие фланельки поверх голландок, кадетские нашивки и бескозырки. Вот уже и Ново-Петергофский проспект; в конце его здание Николаевского кавалерийского училища. Попадающиеся навстречу кадеты-кавалеристы неодобрительно косились на «самотопов», но цепляться не собирались – те были не одни, да и правила хорошего тона не одобряли конфликтов при свете дня. А уж света вокруг хватало: утреннее небо было по-весеннему бездонно и солнечные зайчики играли на меди фонарей пролёток, скакали по бледным листочкам, только-только проклюнувшимся на ветвях лип Никольского сквера.

Ново-Петергофский проспект закончился. За Обводным каналом уже виднелся Балтийский вокзал, откуда пыхтящие паровички таскали составы из открытых дачных платформ до Красного села. Туда-то и направлялась троица – прогуляться под весенним солнышком и спокойно, не торопясь, обсудить все, что свалилось на них за последние дни.

* * *

Летом Красное Село превращалось в грандиозный Военный лагерь, армейскую столицу Российской Империи. С первых чисел мая, сюда перебирались полки столичного гарнизона, и лагерь оживал. Но сейчас главная суета была впереди: квартирьеры только-только начинали разбивать ряды солдатских палаток и подновлять деревянные домики, выкрашенные в полковые цвета, где летом размещались офицеры с семьями.