Вассал и господин

Служанка говорила ему хоть и громко, но постным голосом, лишенным интонации:

– Неумением своим ты госпоже докучаешь. Бестолковый ты кучер.

Здоровенный мужик ростом едва ли не выше Волкова и уж точно толще его, разъевшийся на хозяйских хлебах, втягивал голову в плечи, словно его хлыстом ожгли. Морщился и вздыхал, старался, как умел, объезжать ямы, чтобы только не злить лишний раз важную госпожу Агнес. Ту самую Агнес, которою год назад рыцарь нашел в трактире в Рютте, когда она мыла там заблеванные полы и грязные столы.

Максимилиан, сын Карла Брюнхвальда, что со штандартом Волкова ехал в голове колонны, обернулся и крикнул отцу и рыцарю, что шагов на десять отстали от него:

– Господа, замок!

Брюнхвальд и Волков, занятые малозначительным разговором, подняли головы и поглядели туда, куда указывал юноша. Они за день видели много замков, наверное четыре, не меньше, но этот, несомненно, принадлежал Его Высочеству.

Маленберг стоял на скале, возвышаясь над лесом. Родовой замок дома Ребенрее был виден издалека.

– Надо бы добраться до него дотемна, – сказал кавалер.

Очень ему хотелось, чтобы герцог увидал его отряд.

– Успеем, – заверил его Карл Брюнхвальд и, обернувшись, крикнул: – Шире шаг, ребята! Скоро постой. Вон у того замка встанем.

А кругом было на удивление хорошо. Поля со всходами, луга, кони пасутся, коровы. Дома мужиков вовсе не хибары: побелены, крепки. Кирхи не бедные. Коров вокруг много, на каждом клочке земли вдоль дорог, там, где есть трава, – корова.

Ветряки мельниц то тут, то там. Богатая земля, богатая. Одно слово – родовой домен герцога. И великолепный замок на горе, новый, крепкий, высокий, как скала, красивый. Брать его – только зубы ломать: на горе стоит, вокруг него даже пушек не выставить. Разве только предместья пограбить. В общем, все здесь хорошо и красиво. Видно, ни разу сюда еретики с войной не доходили.

Как приблизились к замку, навстречу рысью выдвинулись два всадника. Ретивые, но вежливые господа оказались.

Сначала у Максимилиана спросили, чей стяг он держит. Строго спрашивали, но без грубости. Получив ответ, подъехали к Волкову и Брюнхвальду. Поздоровались, представились и спросили, зачем это они ведут столько добрых оружных людей к замку Его Высочества.

– Это рыцарь Божий Фолькоф, – за Волкова ответил Брюнхвальд, – а то люди и офицеры его. Идет он к замку Его Высочества так как барон фон Виттернауф звал его, чтобы герцог мог наградить рыцаря по его заслугам.