Линкор «Альбион»

Но англичанка, заметив его оружие, рявкнула на него:

– Уберите оружие, болван. Брать только живой.

Зое было не до них, она даже наклонилась и попыталась вытащить стилет, но оружие застряло в скрючившимся трупе накрепко, словно в застывшем бетоне, а перемазанная кровью рукоять была скользкой.

А тут с шумным ударом дверь в уборную распахнул и второй человек-шкаф. А за ним появился и ещё один кривоногий. Как только они ввалились в помещение, леди Рэндольф крикнула:

– Взять её, Чарли, взять живой!

Ах, как всё это было неприятно.

Очень неприятно. Как хорошо начинался этот день, день первого её настоящего задания. И вот чем всё закончилось. Зое стало грустно. Так грустно, что захотелось плакать. Вот только плакать она не собиралась. Дева знала одно: попадать в лапы к англичанам нельзя. Нет ничего хуже их лап. Поэтому, видя, как большой человек в чёрном сюртуке и чёрных перчатках двинулся к ней, она легко вспорхнула на подоконник и сразу вытащила заколку из тугого узла. Роскошные, с серебряным отливом волосы девушки рассыпались по её плечам, а поганая леди Рэндольф, ментально почувствовав, что девушка и не собирается сдаваться, завизжала:

– Быстрее, Чарли, хватай её!

И тот кинулся на Зою, но та, стоя на подоконнике, уверенно встретила его сапогом в мясистый нос и отшвырнула от окна, но недалеко, всего на шаг, а пока он отшатнулся, дева выдернула из своей заколки страшную иглу.

Может, она и хотела продлить свои секунды, постоять тут, на подоконнике, пожалеть себя и повздыхать, вот только времени у неё на то не было.

Залитая кровью харя чёрного человека уже не была перекошена от боли, и он уже тянул свою огромную лапу в чёрной перчатке к ней. Зоя взглянула на леди Рэндольф и… безжалостно воткнула отравленную иглу себе в запястье.

Раз…

Человек-шкаф схватил её и стянул с подоконника.

Два…

Она почти не сопротивлялась, но не давала скрутить себя и вытащить иглу из своей руки.

Три…

Всё! Она быстро вытащила иглу и воткнула её воняющему потом бугаю в шею, до конца, до упора…

«Вот тебе, тварь!».

А потом её затошнило, сильно, – хорошо, что не вырвало, наверное, нечем было, а потом у неё всё поплыло перед глазами, и она поняла, что просто не может сделать вдоха, не может вздохнуть, словно огромная и сильная рука сжала ей живот, грудь… А после… Просто погас свет.

Глава 5

Подтянутый, строгий господин с моноклем, в котелке и с тростью шёл от двух мостов к узенькой улочке Альтер Вандрам.