Нечто из Рютте

– Догадайся, – покосился на него Волков.

Они вошли в темный, огромный зал. На стенах горели лампы, но это не добавляло света, потолка солдат не видел. В узкие окна без стёкол кроме дождя ничего не проникало. Какой-то свет давали два подсвечника, стоявшие на огромном столе и камин, в который мог войти взрослый мужчина, не склоняя головы. В камине начинали гореть две половинки бревна. Во главе стола, рядом с камином, в жестком кресле с высокой спинкой сидел человек.

Солдат и Ёган подошли ближе. Солдат поклонился изысканно, а Ёган очень неуклюже.

Как только они поклонились, в зал, вслед за ними, вошел сержант и четыре стражника в шлемах, стеганках и с копьями. Солдат мельком глянул на них и произнес:

– Рад приветствовать вас, господин барон.

Барон был немолод. Ему было чуть за сорок. Заметная седина тронула волосы, лицо было чуть опухлым, одутловатым. Его нос был сломан, нижняя губа и подбородок были рассечены. Сейчас там белел шрам. Он сжимал серебряный кубок, недобро смотрел на солдата и, наконец, произнес:

– А вот я не рад приветствовать вас, как вас там величают?

– Меня зовут Яро Фолькоф, я отставной гвардеец, правофланговый корпорал, охрана штандарта его высочества герцога де Приньи.

– Ух ты! – Притворно восхитился барон. – Да неужели? И вы всерьез полагаете, что это имя… имя какого-то… черт знает какого герцога произведет на меня впечатление?

Волков заметил, что барон не совсем, чтобы трезв.

– Ни секунды на это не надеялся. Я надеялся, что на вас произведет впечатление, то, что я воин, как и вы, а не бандит, дезертир, или дебошир.

– А вот ведете себя именно как бандит и дебошир, – заметил барон.

– Не могли бы вы уточнить, когда это и где было?

– Когда вы напали и ранили моего человека.

– Ну, что ж, я расскажу, как это было. Я снимаю комнату в харчевне, так как получил рану в стычке с дезертирами, в которой я участвовал по просьбе вашего коннетабля. И вот, возвращаясь от лекаря-монаха, я застаю в своей комнате вашего сержанта и еще двух людей, которые копаются в моих вещах.

На мое законное требование покинуть комнату один из них заявляет, что сейчас они меня зарежут, и заберут все мое добро себе.

– Врет он, – рявкнул сержант. – Мы пришли забрать десятину мертвых, чтобы отдать бабам погибших наших людей. А он на нас напал.

– А почему вы пришли, когда меня не было?

– А что ж нам, ждать тебя что ли? Ты сбежать хотел, чтобы деньги не отдавать.