Данэя. Жертвы прогресса II

Можно мне пойти с тобой?

– Ты свободна?

– Да. Репетиция у меня рано кончилась, в спектакле я вечером не занята. Только – я вам не помешаю?

– Если будешь вести себя смирно.

– Чтоб мне провалиться на ближайшем спектакле!

…Поль сидел у включенного голографа.

– Поль!

– Тсс! Смотрите!

«Всё – или ничего!», говорит Бранд. Его жена, Агнес, перебирает детские вещи – своего умершего ребенка. Которого можно было спасти, уехав из деревни в мрачном ущелье. Но Бранд прест, священник, этой деревни: он не имел права ради себя и своего ребенка покинуть паству, он не счел возможным нарушить свой долг.

«Вещи моего мальчишки». Это всё, что осталось от него. Но приходит цыганка с закутанным в лохмотья ребенком и жадно выпрашивает для него дорогие Агнес вещи: зима, он мерзнет. Агнес отдает ей почти всё – лишь одну вещь хочет оставить как память себе. «Всё – или ничего!», повторяет Бранд. Агнес отдает последнюю вещь, цыганка уходит.

Агнес отдала всё, всё без остатка.

Поль включает общий свет, не отключая голограмму, в которой застыл неподвижный Бранд. Слезы дрожат на щеках Лейли. И Рита – чувствует, что взволнована.

– А? «Всё – или ничего!» Вот так, и никак иначе! Что может сравниться с этим из всего, что мы сейчас играем?

– Её – надо ставить!

– Ты тоже считаешь? Я брежу этой пьесой.

– Но, думаю, надо дать ей современную трактовку.

– Пропади всё пропадом, если я не думаю так же! Буду искать, найду прототипы для нее.

– Я знаю, кто может послужить ими.

– Лейли!

– И вообще, я шла к тебе, чтобы предложить совместную постановку её. Ты – не против?

– Я?! Ещё спрашиваешь!

– Вот и прекрасно! Но роль Агнес я хочу взять себе.

– Ну: тогда вообще… – он не находил слов. – Когда – начнем?

– Хоть сегодня.

– Правда? Обедаем – и сразу за работу?

– Именно.

– Да, а прототипы? Ты, действительно – уже знаешь их? Кто?

– Астронавты: погибший Лал, вернувшиеся Дан и Эя – я два дня назад виделась с ними.

– Они – какие? Жутко интересно!

– Более чем. Я расскажу о них, с этого и начнем. Кстати и Рита хотела послушать, так что буду рассказывать сразу обоим.

– Тогда быстрей – обедать!

Он был так возбужден, что говорил даже за едой, которая отняла совсем мало времени.

– Поедем в парк, – предложила Рита.

Они шли по густым аллеям, уходя всё дальше. Огромные старые деревья своей тенью спасали от палящего зноя.