Салага

 – Столяр обвел пристальным взглядом бойцов, дабы удостовериться, что они его внимательно слушают, и перешел к изложению плана операции, придуманного им на основании результатов недавней разведки: – Мы одновременно ударим по сопровождению грузовика со стороны котельной и ворот перед выездом колонны с турбазы. Первым делом лишаем противника численного превосходства, поджарив из гранатометов набитые урками тачки, потом валим уцелевших бандитов и захватываем машину с золотом…

Внутренний будильник Столяра сработал, едва от неплотно прикрытого входа через палатку протянулась полоса бледного утреннего света.

Майор достал из стоявшего у изголовья его надувного матраса рюкзака механическую бритву, завел ее и поднес к щеке. Бритва брила паршиво и так истошно жужжала, что разбудила спавшего на соседнем матрасе Сибиряка.

– Доброе утро, – протирая глаза, подал голос боец.

– Доброе. Бриться будешь? – Борис Васильевич собрался было передать аппарат, но, взглянув на гладкое розовощекое лицо молодого блондина, передумал.

 – Хотя что, собственно, тебе брить. Сходи лучше к машине и подними остальных.

– Слушаюсь, – по-военному отчеканил Сибиряк и в одних трусах побежал будить ночевавших в «Жигулях» Матроса и Когтя.

Закончив бритье, Столяр вышел из палатки.

Судя по первому впечатлению, денек не обещал выдаться погожим. Весь обозримый объем небесной чаши заполняло густое пюре низких облаков, и сопки, с утопленными в нем вершинами, выглядели теперь приземистыми трапециевидными холмами.

Утренний совсем не летний холодок, заползая в рукава и под воротник, неприятно щекотал еще сонную, не разогретую восходящим изнутри, горячим током крови кожу. Зато дышалось удивительно легко. Таким эликсиром в закопченном мегаполисе легкие не побалуешь.

Своих бойцов Столяра увидел у кромки воды. Те в чем мать родила, пританцовывая от холода, собирались с духом окунуться в реке. Собрались-таки. Нырнули по разу. Мокрые, замерзшие запрыгали по берегу словно кенгуру, вырывая друг у друга прихваченное Когтем из машины полотенце.

Глядя на них, майор зябко повел плечами, будто сам принял ледяную ванну…

На завтрак опять бутерброды, холодные консервы и минеральная вода. Ели много и жадно. Причина хорошего аппетита крылась не только в долгих часах, проведенных на свежем воздухе. Каждый член группы понимал, на нормальный обед и даже ужин рассчитывать не приходится.

Стрелки часов бежали по кругу, толкая прикованное к ним время вперед.