Искусство жить

Во время ночного дежурства мы шли на кухню, готовили себе что-нибудь поесть, пили чай, смотрели телевизор, а когда становилось поздно, стелили постель и ложились спать. Единственное неудобство доставляли пожары. Если посреди ночи где-то что-то загоралось, нам приходилось просыпаться и отправляться на борьбу с огнем!

Эту службу никто никогда не бросал. С 1934 года по собственному желанию не уволился ни один человек. Всю ночь я спал, а утром вставал и шел играть в гольф на поле рядом с депо. Или катал шары на бильярдном столе.

Мой доход удвоился, и мне не нужно было почти ничего делать! Я жил как пенсионер в золотом возрасте. Мне казалось, что я умер и попал на небеса.

Но однажды, когда я сидел на кухне, ко мне подошел мужчина, живший по соседству с нашим депо, и присел рядом со своей чашкой кофе. Его звали Рэй Стэнфорд, и он был невероятным человеком, который посвящал почти все свое время попыткам расшевелить людей.

– Боб, чем бы ты хотел заниматься? – спросил Рэй.

– Я бы хотел не делать ничего, кроме того, что делаю сейчас, – сказал я.

 – Мне здесь нравится! Разве может такая работа не нравиться?

Но Рэю было известно кое-что, чего не знал я. Он знал, что мое прошлое противоречило моей внутренней сущности. Он знал, что мои школьные табели успеваемости не отображали моей сущности. Он знал, что результаты, которые я получал в виде зарплаты, были несоизмеримы с моей истинной сущностью.

– Чего ты хочешь на самом деле? – спросил он.

– Хочу немного денег, – ответил я.

В тот момент я действительно не хотел ничего, кроме денег.

Дело в том, что я зарабатывал 4000 долларов в год, но на мне висел долг в 6000. Если бы я полтора года ничего не тратил на жизнь и пустил на погашение долга все заработанное, то смог бы всего лишь выйти в ноль.

Рэй вытащил из кармана пачку наличных и сказал:

– Деньги не могут говорить, но способны слышать, и, если ты их позовешь, они появятся. Сколько ты хочешь получить?

– 25 000 долларов.

Однако я сильно сомневался, что смогу заработать 25 000.

Чтобы получить такую сумму, мне пришлось бы продать одну из выдвижных пожарных лестниц. Никто из моих знакомых никогда даже в руках не держал таких денег. Для меня желание получить эти деньги было таким же неосуществимым, как мечта вплавь добраться до Гавайских островов. Мне с детства внушали, что подобное невозможно, и убежденность в недостижимости такой цели впиталась в меня с молоком матери. Никто в нашей семье никогда не делал ничего подобного.