Быть Живым

– А дверь не надо за собой закрывать?! В лифте родился?! – услышал я злобный голос водителя.

– Извините. Я первый раз просто еду на музейном экспонате, – ответил я, закрыв дверь.

– Я смотрю, ты прогрессируешь в социальной сфере, Андрей, – подмигнул мне учитель, – на, иди, оплати проезд. Не забудь отдать мне потом, – протянул он мне горсть монет.

Это было унизительно.

– Десять рублей? – удивился я. – Вам отдать потом десять рублей?

– Большие долги начинаются с малых. Запомни это на всю свою жизнь.

Но, по этому поводу еще будет у нас с тобой урок. Иди уже, иначе он не поедет.

Сжав со злости от понимания нищенского своего существования горсть монет, я подошел к кабине водителя, протянув ему руку.

Какими-то не ловкими показались мне его движения, его рука как будто дрыгалась в нервном припадке, пытаясь поймать мою ладонь. Наконец-то, он нащупал меня, забрав монеты, и пересчитал их, кидая по одной в железную банку. Я сначала было подумал, что он пьян. Но когда он развернулся ко мне лицом, и сказал:

– Все в порядке, можно ехать!

Я ужаснулся… Этот водитель был слеп! У него совершенно не было зрачков! Белесые глаза его смотрели повсюду, и в никуда одновременно.

– Угу… – только и смог выдавить я, побежав назад к Дону Хенаро.

– Дон Хенаро, выходим, срочно! – кричал я ему.

– Что опять не так? – явно безучастно спросил он.

– Водитель слепой, вот что не так! Это будет наша последняя поездка!

– Не переживай за дядю Ваню, он знает свое дело.

Он уже одиннадцать лет как слепой и не одного ДТП. Ты слишком переживаешь за свою жизнь для самоубийцы. Сядь, расслабься.

Автобус уже разогнался, и было поздно что-либо делать. Поэтому я смиренно сел, вжавшись в кресло.

Думаю, не стоит говорить о том, что всю дорогу я трясся в этом старом автобусе под смелым управлением дяди Вани, далеко не с легкостью в сердце. Но то ли с божьей милостью, то ли по милости ровной дороги и отсутствия на ней встречных машин, через полчаса мы въехали в город.

Титул- город, немного приукрашивало это место. Видно с Доном Хенаро у нас были разные понятия о городе. Я бы назвал то, куда мы приехали поселком.

Въезжая по главной и, как оказалось, единственной улице этого «города», мы могли лицезреть одно-, двухэтажные дома по левую и по правую сторону от дороги. Асфальт сюда вероятно не довезли, и поэтому вся улица и переулки между домами были покрыты мелким щебнем и песком.