Экономическое учение Карла Маркса. С современными комментариями

Западная демократия не абсолютная ценность, но только промежуточный финиш, недолгое состояние антагонистического общества в межреволюционные периоды его развития.

По Каутскому, у большевиков для социализма нет ни средств (демократическая политика), ни условий (уровень развития производств и классового сознания), а полагать, что все это возникнет по ходу в условиях партийной диктатуры над малограмотным аграрным населением, значит впадать в авангардизм, не подкрепленный ничем.

Для возникновения новых, социалистических отношений в обществе недостаточно ни экспроприаций, ни декретов, ни Красной армии.

Видный меньшевик – эмигрант Александр Потресов – поддержал Каутского в этой полемике в 1927 году.

6

В конце концов Каутский признает победивший в России большевизм партийным самодержавием.

В 1930 году он скажет о сталинизме, что это законченная форма бонапартизма и большевики напрасно сравнивают себя с якобинцами. Что же касается якобинского террора Французской революции как такового, то он вообще не должен повторяться в новых революциях XX века, без этого вполне можно обойтись.

В своей поздней работе «Большевизм в тупике» (1930) Каутский критикует раскулачивание, коллективизацию, систему колхозов и лишение профсоюзов последней самостоятельности. Он видит сталинизм как систему, главные задачи которой – сохранение власти партийной бюрократии любой ценой и постоянная имитация социализма насильственными методами, чтобы и дальше морочить весь мир.

Каутский критикует советскую конституцию как набор фиктивных прав, прикрывающий абсолютную власть партийного начальства, и обсуждает возможные сценарии крушения большевистской власти.

В 1930-х годах он надеется, что Россия вернется к НЭПу и станет страной со смешанной экономикой, в которой конкурируют государственная, кооперативная, муниципальная и частная собственность.

В советских источниках Каутского считали фактическим идеологом «рабочей аристократии», удобно вписавшейся в европейский капитализм.

Советская критика обычно упрекала Каутского в «экономическом объективизме» и недооценке «субъективного фактора», т.е. в излишнем доверии к логике истории, которая не требует волевого вмешательства.

Тем не менее отдельные работы Каутского, написанные до его пресловутого «ренегатства» и разлада с большевиками, переиздавались в Советской России в 1920-х годах и даже позже.