Дерево, или По ту сторону Зла и Добра

Обуреваемый чудовищным вожделением Полстакана пожирал маленькими астигматичными глазами извивающийся торс танцовщицы. Из-за его спины тряс форинтами вскочивший со стула Пикоян, выкрикивая непрестанно «Давай! Давай!» с характерными павароттиевскими подвываниями. Еще где-то пели, кажется, на узбекском…

Шура упал головой в салат. Все, это конец!

Он слишком устал от поездки, от «Ройяла», от Полстакана, от мыслей о деньгах, от Венгрии, от стриптиза…

Лица-блины кружились в бешеном хороводе и кричали: «Давай! Я встретил вас! Давай!»

***

Вырученные доллары Шуры разошлись с невероятной скоростью.

Он помнил, что перед тем, как отправиться на поиски чертового публичного дома у него их было триста десять. Триста десять! А когда утром очнулся в «Икарусе», едущем в Будапешт на ознакомительную экскурсию, то смог найти уже только двести. Сто десять баксов словно растаяли в вонюче-сладковатом воздухе стриптиз-бара, откуда доволок его до автобуса Полстакана.

Впрочем, с ним была та же история – лишился части заработанного.

Лука растратил все.

Пикояну же было легче других – он на барыш и не рассчитывал.

Никто ничего не помнил. Они были в столь плохой форме, что всю экскурсию по Будапешту проспали, ни разу не выйдя из автобуса.

Очнулись на чоповской таможне. Там Полстакана нашел в себе силы на поиски и приобретение восстанавливающей силы жидкости. И всю обратную дорогу они только и делали, что поддерживали угасающее здоровье, да восстанавливали кислотно-щелочной баланс.

Салонное общество, отягощенное выручкой, активно занималось тем же, причем потребление алкоголя теперь дополнительно стало сдабриваться еще кое-чем.

Спаянные и сдружившиеся парочки оккупировали освободившиеся от сумок задние места «Икаруса», и под разухабистый рев включенного на полную мощность автобусного радио предавались тому, что в науке называется совокуплением.

Шура вместе с Полстаканом, Лукой и Пикояном только пили за Россию и Ельцина, причем это было настоящее мужское времяпровождение, после которого остаются погнутые кресла и пустые карманы.

***

И вот Шура в Новозаборске.

Все позади.

Он расстался с Лукой и, подходя к родительской избе, тяжело вздохнул.

Первая поездка, первый блин, так сказать, вышел комом. Сколько трудов, сколько усилий, а, что в результате? Двадцать долларов в кармане – все, что осталось от вырученных за товар денег.

Новая поездка через две недели. Надо учесть все ошибки, полностью исключить употребление алкоголя.