Дохулиарды. Не тратить меньше, а зарабатывать больше

Не умру сейчас, от зубов крысы, так через десять лет с крыши дома скинут… Или кратко о том, какая у меня была веселая жизнь.

Еще помню, как меня перевели в другой садик, чуть получше. Там детей усиленно готовили к школе. Представьте, мы уже писали диктанты и не просто «Мама мыла раму», а что-то типа: «Медведи в цирке катаются на мотоциклах, прыгают через кольцо». Второклассник и то не факт, что выполнит правильно. А нам было по 6–7 лет!

Конечно, все писали «цирк» через «ы», нам ставили «двойки», заставляли переписывать текст полностью.

Отрицательная мотивация, приветик!

У меня и со второго раза не получалось: дисграфия и дислексия – две мои лучшие подруги в то время. Какая там орфография, я даже буквы писала не в ту сторону. И отчим – великий воспитатель, куда там Макаренко, – говорил: «Ну, ну, ничего, ночь большая. Переписывай еще раз». Бывало, села я в 8 вечера делать работу над ошибками и в 2 часа ночи закончила. Жесть как она есть.

Через два месяца после того, как мама родила мне брата Сашу, я отправилась в школу, в гимназический класс.

Там оказалось тяжело: всем остальным ученикам – по 7 лет, а я на год младше и далеко не самая умная. Даром что столько сил угробила на подготовку в этом моем суперсадике – других натаскивали еще дольше! Так что у меня, из 20 с чем-то детей в классе, было по баллам 3-е или 4-е место. С конца, конечно, а вы что подумали?

Но при этом я проходила конкурс и в другую школу, там сказали: «Ваша девочка слишком умная для нашего учебного заведения».

Ну, спасибо, конечно.

В итоге пошла в гимназический класс. Мама ведь растила из Лилички гения, поэтому и отправила ее туда, где ей было на кого равняться.

Первый класс стал для меня мучением. Помню, у нас был учебник математики не простой, а про всякие алгоритмы, соотношения. Мы учили таблицу умножения. Да-да, в первом классе, хотя даже складывать еще не умели!

И отчим заставлял меня повторять эту несчастную таблицу. Говорю, например: «Шестью восемь – сорок восемь», а он мне, такой: «Точно?!»

Я начинала на пальцах все пересчитывать, сомневалась в себе, сбивалась и плакала.

Не понимала, что он надо мной так издевался.

В школе была не особо дружелюбной, сама в себе… Да чего уж там, я и сейчас такая. С детьми играть мне было неинтересно, хотя все-таки завела пару друзей – Илья и Митя, дети родительских знакомых.

Потом меня посадили с Даней, гиперактивным и слегка шибанутым мальчиком.