Закат Эллурма

Причём сделать это следует самым жестоким образом! – заговорил вновь Видгард, Олаф не возражал.

Рафанский тигр поднялся, степенно начал спускаться к аристократам.

– Вы требуете? У императора? – Рафаэль добавил в голос стали.

– Но ваше Сиятельство, это возмутительно! Убит один из лучших представителей аристократии, наследник клана. Да и моя рапира была бессовестно выпита в присутствии сотен свидетелей! – судя по всему, у Видгарда получалось говорить лучше, чем у главы клана и оба об этом знали.

– Разве урсы не выбирают хозяина только по своей воле? Разве эти животные не считаются благословлёнными богами? А раз так, то пусть боги и карают этого простолюдина вместе с его урсой. И разве добытое на арене не является законной добычей, что бы это ни было? А свои претензии вы можете передать отцу того молодого аристократа, который украл у вас рапиру!

Такого ответа от императора двое пьяниц совсем не ожидали и впали в ступор на пару мгновений.

«Преподай им урок, Раджа!»

Рык Рафанского тигра огласил приёмный зал, пара придворных дам упали в обморок. А Олаф и Видгард поменяли цвет лица с красного на белый столь стремительно, что Рафаэль невольно улыбнулся.

– Нет. Нет… Мы нижайше просим, ваше Сиятельство, мы, конечно, просим! – Олаф пришёл в себя первым и схватив за рукав Видгарда, потащил его вниз, одновременно сам вставая на колени.

– Но раз ваше великолепие… Ваше Сиятельство считает, что боги покарают наглеца, то так тому и быть! Как мы сами до этого не додумались… – Видгард уставился на дядю и тут же с опаской покосился на Союзника императора.

Тигр обошёл двоих, стоявших на коленях и пару раз ощутимо ударил их по головам хвостом.

«Так-то лучше! Как же тебя зовут? Вспомнил!»

– Хильдар, подойдите ближе! Насколько я помню, вы завоевали славу именно на арене?

Суровый воин со шрамом, пересекающим лицо от левого глаза до подбородка, несколько удивился, что его назвали по имени и требуют подойти к императору.

– Да ваше Сиятельство, вы совершенно правы, я снискал славу на арене, – воин склонился в глубоком поклоне.

– Можете встать, – император обратился к аристократам клана Сверкающего клинка.