Золотой ключик инфосторителлинга

 – С еще одним осранцем – не-е!

– Понимаю, – сказал Игорь, – два осранца хуже, чем один.

– А ты мозга! – уважительно сказал Чибиряк. – Через дорогу…

– Что?

– Круглый дом через дорогу – сявка… Зойка… гнида… млять-дурра! – прорычал Чибиряк.

Игорь понял.

Через дорогу они действительно нашли то, что искали: домик, похожий на резной теремок, и радушную бабу Зою, очень обрадовавшуюся внезапным постояльцам.

– Пошли на почту, – сказал Игорь Стасику, после того как они устроились.

– Зачем?

– Дадим телеграмму Михаилу.

– Это как?

– Увидишь.

– Пишем так, – сказал Игорь. – «Приезжай “Теремок” тчк. Бабе Зое тчк. Не забудь фотоаппарат тчк».

Меня еще не было. Я еще не получил телеграмму, не собрал саквояж, не пришел на вокзал, не купил билет, не сел в поезд и не приехал на ту маленькую станцию в сосновом бору. Лес, дорога, солнце, утро.

Все еще было впереди.

Чибиряк же с тех пор надолго стал в нашей компании именем нарицательным.

И когда мы хотели сказать, что среди нас нет плохих людей, мы говорили:

– Здесь не живет Чибиряк!..

Рассказывай!

Я родился в Рубцовске в 1950 году. В 1955 году вместе с родителями переехал в Новосибирск.

Писать начал рано. Первое произведение написал в первом классе на парте. Называлось «Римма – дурра!». Посвятил сразу двум женщинам: соседке по парте (та еще была ябеда!) и учительнице.

Обе оценили. Одна – книжкой по голове.

Другая поставила в угол. Простоял до конца уроков. Извиняться не захотел. Что было дальше – не помню. Мама уверяла, что «гонорар» мне выдали дома в тот же вечер.

В четвертом классе в тетрадке по арифметике написал сказку о том, как обезьяны захватили Землю. Тетрадка не сохранилась. Став взрослым, прочитал фантастический роман французского писателя Пьера Буля «Планета обезьян» и был восхищен собственной гениальностью.

Вот, собственно, и все. Дальше – как у всех: учился, работал.

Сочинять не бросил, однако.

Не всегда мои сочинения пользовались успехом. Чаще моя тяга к сочинительству заканчивалась для меня плачевно (в прямом смысле), особенно когда приходилось отвечать на вопрос, почему я не выучил урок или почему я плохо себя вел, баловался, дрался и т. д.

Однако, несмотря ни на что, сочинение историй оставалось моей тайной страстишкой, моим тайным увлечением многие годы.