Йоч. Бизнес с подсознанием

Но куда деваются все желания, если у человека болит зуб? А если представить, что этот зуб находится прямо в сердце, то единственное, о чем можно мечтать – это как извлечь его оттуда.

«Мне очень плохо. Девушка, которую я люблю, совсем равнодушна ко мне. А я ни о чем не могу думать кроме нее. Что мне делать? Как избавиться от этого чувства?» – спросил Вадик, уже начиная рыдать. Почему-то ему казалось, что перед этой троицей не нужно скрывать свои слабости, а скорее наоборот – признать их. Не то чтобы он их боялся – скорее здесь нужна была откровенность, как перед доктором, чем лукавство среди торговцев.

Одновременно Вадик чувствовал, что просить о том, чтобы Саша в него влюбилась, тоже не стоит. Это как попросить о краже. Все равно не разрешат, а мнение о себе испортишь. От его слов, а вернее, мыслей, костер слегка потускнел и сжался. Совершенно непонятным образом Егоров понимал некую взаимосвязь между этой троицей, костром и собой.

«То, что мы есть сегодня, – следствие наших вчерашних мыслей, а сегодняшние мысли создают завтрашнюю жизнь, – раздался в голове голос азиата.

 – Счастье – это не удачное сочетание внешних обстоятельств, это состояние вашего ума».

Костер вспыхнул с новой силой. И краски радуг наполнились каким-то невероятно ярким люминесцентным свечением.

«Женщины созданы слабыми и беззащитными. Побеждайте их слабость своим молчанием», – продолжил араб.

Пламя рывком взметнулось вверх, потом чуть спустилось обратно и расширилось у земли так, что уже касалось всех троих.

Одежды слились с огнем и перестали существовать. Казалось, что их и не было никогда. В радужном вихре остались висеть только головы, но и с ними произошли метаморфозы. Теперь на их месте сияли три солнца.

«Всякий, пьющий воду сию, возжаждет опять, а кто будет пить воду, которую я дам ему, тот не будет жаждать вовек; но вода, которую я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную», – сказало солнце европейца.

Полыхнуло так, что Вадик зажмурился и проснулся. Он долго лежал, пытаясь вспомнить слова.

Получалось с трудом – сон уносил их за собой. Подлейшая особенность ума – забывать большую часть снов, проявляла себя во всей красе. И тут его осенило.

«Не нужно перестать думать совсем, нужно перестать думать о Саше! Конечно, азиат говорил именно об этом. Если мысли создают новый день, то пусть в нем не будет Саши. И араб прав: молчание ума побеждает. А европеец предлагает заместить мысли о ней размышлениями о чем-то другом.