Мирай Тойота рассказывает о своем конце

– Мерси боку. Юки на пару дней задержится в Киото ремонтировать оборудование, – продолжал Мартин, расслабляясь. – Придется распределить киотовские заказы, чтобы не сорвать поставку продукции. Половину возьмет Токио, а остальное отправим в Осаку и Йокогаму. Даже не представляю, как это организовать без Юки. Мне редко приходится работать с его технарями.

– Я с радостью Вам помогу, Харетересу-сан, – сказал Мирай. – Поручите мне часть работы, с которой я, по Вашему мнению, справлюсь.

Мартин снова напрягся и покосился в сторону.

– Мы же договаривались, что ты возьмешь отгул после своих выходных в должности няньки.

– Ну, не могу же я Вас бросить в такой экстренной ситуации!

– Что ты задумал, Мирай? Хочешь ободрать меня, как липку, за выполнение работы, которая не прописана в твоем договоре?

– Что Вы, Харетересу-сан! Еще одной внеплановой премии будет вполне достаточно! У меня сейчас все равно работы нет, и я получаю зарплату просто за то, что нахожусь в офисе.

А Вы себе здоровье подорвете с этой «Глорией». Сами посудите: на своих законных выходных, когда Вы должны были отдыхать и восстанавливаться, Вы разгребали завалы в Киото, толком не выспались и сейчас снова побежите в офис выполнять работу за двоих, потому что Кирияма-сан отсутствует. Да Вы к стоматологу ходите, как на праздник, потому что там Вы можете спокойно полежать в кресле хотя бы полчаса! Где это видано? Ей-богу, я не знаю ни одной фирмы, кроме «Глории», где кароси (*Смерть от переутомления на работе) схватывают не подчиненные, а начальники!

Мартин сдался, совершенно разомлев под его руками.

– Хрен с тобой, золотая рыбка, уговорил. Жду тебя в восемь тридцать, и без опозданий.

– Я Вас не подведу, Харетересу-сан!

Мирай метнулся к кофе-машине, легким движением руки схватил чашку, быстренько выжал кофе, когда как другой рукой прошелся по кухонным ящикам в поисках ванилина, который успешно отыскал с первой же попытки.

– Я сейчас быстренько сгоняю домой переодеться и сразу в офис, – сказал он, поставив перед Мартином дымящуюся ароматную чашку, и упорхнул из кухни, оставив за собой длинный шлейф из теплых струй воздуха.

– Я провожу! – подорвался Курт и еще раз залез в холодильник – на этот раз за корзинкой, которую Рейджи приготовила для Мирая. – Вот рассеянный…

– «Рассеянный»? – подавился кофе Мартин.