Хроники Нетесаного трона. Клинки императора

Из темного дверного проема показалась чья-то рука, отчаянно цепляясь за косяк. Выругавшись, Валин одним прыжком преодолел расселину.

Он ухватился одной рукой за низкую притолоку, поймал равновесие, протянул другую, схватил кого-то за запястье и рванул на себя. Из темноты появился Юрен, кашляя и чертыхаясь. Кровь хлестала из широкой раны на его лысом черепе, лодыжка угрожающе подворачивалась, когда он переносил на нее вес, но, не считая этого, он выглядел целым.

– Стой здесь, – приказал ему Валин. – Я буду передавать тебе людей, а ты помогай им перепрыгивать на ту сторону к Лин.

Он мотнул подбородком на девушку, которая ждала наготове на краю трещины в нескольких шагах от них. Взгляд вышибалы метнулся обратно в темноту помещения. Что-то приостановило медленное, неумолимое оседание трактира, но сквозь вопли пострадавших Валин по-прежнему слышал треск подпорок и балок, перекошенных до предела.

– Да пошли вы! – выкрикнул Юрен, скривив губы в отчаянной судороге.

Присев и сосредоточив весь свой вес на здоровой ноге, он сиганул через разлом.

– Ах ты, трусливый дерьмоед… – завопила Лин, хватая упавшего вышибалу за ухо и рывком вздергивая на ноги.

– Оставь его, Лин! – крикнул Валин. – Лучше помоги!

Оскалив зубы, Ха Лин наотмашь отвесила Юрену затрещину, затем одним взглядом измерила провал, прыгнула и приземлилась с противоположной от Валина стороны двери.

– Ты или я? – спросила она, заглядывая внутрь.

– Я сильнее, – отозвался Валин. – Я буду подтаскивать их к тебе, а ты переправляй на ту сторону.

Лин взглянула на расселину.

– Ладно. – Она неуверенно посмотрела Валину в глаза, потом махнула ему рукой. – Поторопись.

Кивнув, он шагнул внутрь.

Положение было даже хуже, чем он предполагал. В трактире Менкера и до катастрофы было темновато, а сейчас покоробившиеся потолки и покосившиеся стены почти полностью заслонили свет немногочисленных окон. Повсюду валялись обломки потолочных балок, столов, планок; штукатурка осыпалась с трескающихся стен.

Кое-где пылали небольшие костры, загоревшиеся, очевидно, от разбитых ламп; язычки пламени лизали сухие бока разбитых балок, освещая тысячи осколков стекла. Валин помедлил, пытаясь найти опору, пытаясь, Кент подери, хотя бы понять, на чем он стоит: пол кренился, как палуба клипера, идущего на всех парусах под хорошим ветром. Со всех сторон слышались крики, стоны, мольбы о помощи, но поначалу он даже не мог никого разглядеть в густом полумраке.