Хроники Нетесаного трона. Клинки императора

Брось! Фейн летел всю ночь и больше половины дня; едва ли ему хочется сейчас говорить с тобой.

– Мне нет дела до того, что ему хочется…

В этот момент Валин заметил, что Лин делает ему знаки с дальнего конца столовой. Она сидела за тем самым столиком, на который кивал Лейт, вместе с другими кадетами.

– Пошли, – повторил Лейт не без сочувствия в голосе. – Мы здесь уже больше часа, мы все тебе расскажем.

Они протиснулись к низкой скамье, где уже сидело четверо – Ха Лин, Гент, Талал и тихий парень по имени Феррон, у которого, по общему мнению, не было шансов пройти Пробу.

Непредвиденное прибытие Фейна встряхнуло Валина, и тот нетерпеливо присоединился к общему разговору.

– Ну что? – спросил Валин, оглядывая лица собравшихся в поисках хоть намека.

– Жрец, – коротко отозвался Гент. – Какой-то Кентом занюханный жрец, захотевший власти.

– Уиниан Четвертый, – уточнил Лейт, освобождая для Валина место на скамье. – Сомневаюсь, что кто-нибудь из следующих жрецов, если жрецы вообще останутся, захочет взять себе имя Уиниана Пятого.

– Жрец? Чей жрец? – спросил Валин.

Он покачал головой, не веря услышанному. Ладно, если бы отец погиб в битве или пал от руки подосланного иноземного убийцы… Но чтобы Санлитуна убил какой-то жирный прелат?

– Интарры, – ответил Лейт.

Валин кивнул. Даже не один из Присягнувших Черепу…

– Как это произошло?

– Старый добрый способ, – отозвался Гент и добавил, сопровождая слова жестом: – Нож в спину, и готово дело.

– Гент, – тихо одернул его Талал, кивая в сторону Валина.

– Что? – возмущенно вопросил тот, потом до него дошло. – Ох, прости, Вал! Я как обычно: деликатен, как бычий член.

– Еще хуже, – заметил Лейт, сочувственно хлопая Валина по плечу. – Короче, суть в том, что все это выглядит довольно примитивно: бьющая через край гордыня, жажда власти… Будни нашего мерзкого мирка.

Валин обменялся с Лин быстрыми взглядами. Один недовольный чем-то жрец с ножом в руке не очень-то походил на великий заговор; с другой стороны, культ Интарры – одно из крупнейших религиозных течений в империи.

Если Уиниан представляет собой лишь часть чего-то глобального, кто знает, куда это все заведет?

– Как ему удалось подобраться? – спросил Валин. – Моего отца всегда окружали полдюжины эдолийских гвардейцев, стоило ему выйти из своих личных покоев.

– Видно, он плохо подобрал эти полдюжины, – развел руками Лейт.

– Ошибки иногда случаются, – кивнула Лин.