Хроники Нетесаного трона. Клинки императора

 – Прошел слух, что твой отец сам приказал гвардейцам оставить его.

Валин пытался как-то увязать это предположение с воспоминаниями из детства, но идея, что отец сам отказался от охраны, казалась абсолютной бессмыслицей.

– Командование до сих пор на ушах стоит, – заметил Талал, рассеянно теребя железный браслет на своей руке. – С тех пор как пришло известие об убийстве, крылья только и делают, что летают туда-сюда, днем и ночью. Возможно, кто-то из командиров считает, что за этим стоит нечто большее.

Высказывание было вполне в манере лича: взвешенное, продуманное, осмотрительное.

Личи с раннего возраста учились держать свои тайны при себе; те, кто учился плохо, вскоре болтались на конце веревки. Талал не был исключением – он относился к миру куда настороженнее, чем Лейт или Гент.

– Что может быть больше? – спросил Гент, пожав плечами. – Уиниан предстанет перед судом, а потом его казнят.

– Как говорит Гендран: «Смерть проясняет все», – согласился Лейт.

– А что моя сестра? – спросил Валин.

 – С ней все в порядке? Кто сейчас правит империей?

– Притормози, – посоветовал Лейт. – Успокойся. С Адер ничего не случилось. Ее повысили до главы министерства финансов. Регентом назначен Ран ил Торнья.

– Отличный выбор! – одобрил Гент. – Можешь себе представить, что бы было, если бы какой-нибудь бюрократ пытался сейчас удержать военных?

Валин покачал головой. Смерть отца ничего не проясняла, а вся эта дополнительная информация – о жреце Уиниане, о кенаранге, назначенном на регентство, о предстоящем суде – лишь еще больше запутывала дело.

Внезапно столовая показалась ему слишком тесной. Скопление людей, гул разговоров, вонь жарящегося мяса и подгорелого сала разом обступили Валина – его начало подташнивать, голова закружилась. Приятели-кадеты просто пытались ему помочь, просто делились информацией, о которой он сам просил; однако в небрежном тоне, с каким они обсуждали смерть его отца, было что-то, отчего ему хотелось кого-нибудь ударить.

– Спасибо, – сказал Валин, с трудом поднимаясь на ноги.

 – Спасибо за новости. У меня еще остался часик до второго колокола. Я, пожалуй, им воспользуюсь и немного вздремну.

– Решил заморить себя голодом? – вопросил Гент, подсовывая ему через стол миску с творогом.

– Я не голоден, – буркнул Валин, прокладывая себе дорогу к выходу.

Только оказавшись снаружи и проделав половину пути к своему бараку, он заметил, что Ха Лин последовала за ним. Он и сам не знал, расстроился он или обрадовался.