Война мертвых

Ох, на сердце крапива, да острая бритва.

Запалила искра, загудели колокола,

Залетела стрела в тихую обитель.

Пламенем пылает пожар и спешит уберечь алтарь

Старый звонарь, Ангел мой хранитель.

6. Черные и Пот.

В животе у Илейки заурчало. Он посмотрел на Охвена и спросил:

– У вас как тут с едой дела обстоят?

– Где перекусить можно, а, марсиане? – это уже Макс, тоже внезапно почувствовавший приступ голода, обеспокоился.

А Тойво промолчал, хотя есть ему захотелось не меньше, чем всем остальным.

Просто он был деликатным и вежливым человеком, обученный Соловецким лагерем ко всяким ограничениям.

Мортен, судя по виду, растерялся.

– О, блин, я и позабыл, что люди без еды и питья очень быстро в души превращаются, – сказал он. – Сами-то мы как-то не очень.

– Святым духом питаемся, однако, – то ли пошутил, то ли всерьез добавил Охвен.

– Придется голодать? – тяжко вздохнув, предположил Илейка. Глаза у него сделались печальными-печальными.

Мортен вопросительно посмотрел на своего старшего товарища и после утвердительного кивка начал карабкаться на ближайший валун.

Беса на нем не было, то есть этот кусок скалы был необитаем по неизвестной причине.

Молодой викинг спустился тогда, когда прочие товарищи уже всерьез начали считать, что он там провалился, либо улетел в далекие дали. Всем своим видом он давал понять, что увидел нечто важное и определяющее.

– Ну? – спросил Охвен.

– В общем, так, – ответил тот. – Держаться правее ям с грязью – будет жаровня.

Если удастся ее обогнуть, то там должно быть то, что нам нужно. То есть, не нам, а людям. Еда. И питье.

В общем, направление движения вырисовалось. То ли на запад, а, может быть, и на восток. Это было не страшно – можно по ходу движения сориентироваться.

Охвена смущало несколько факторов, с которыми нельзя было не считаться.

Во-первых, там, где много грязевых ям, там всегда пасутся условно неисправимые, то есть черные, души. Несмотря на то, что каждый умирает в одиночку, эти бросаются гвалтом, и никак с ними не договорится.

Вычисляют, падлы, тех, кто не как они, и рвут их на части, чтобы потом эти части предложить бесам, которые в скоплениях душ всегда присутствуют. Они сидят на камнях в свободное от работы время и поедают подношения. Поддерживают свои силы, чтобы, заступив на очередную вахту, мучить грешников с прежним энтузиазмом.

Конечно, вкуснее для них не те, кто чуточку Господней искры в себе содержит, но привередничать не приходится.