Война мертвых

Черные души теперь на десерт. Их отчего-то валят не так уж и часто. Организованней они стали, что ли.

Стало быть, следует опасаться нападения. Не привыкать, конечно, но с живыми людьми все непросто.

У душ по причине естественной среды пребывания, крови нет. Они сами и есть кровь, только в другой формации. Люди не вполне подготовлены для этой среды, то есть для них все совсем неестественно. Можно им проливать кровь, или нельзя – это науке неизвестно. Наверно, все-таки нельзя.

Если же на человека нападают с враждебными намерениями, то кровопускание очень даже возможно.

И что тогда будет? Копец будет.

Бесы за каплю живой крови родину продадут. Ну, а черные души возрадуются самым мазохистским образом и будут эту кровь выцеживать по миллиграммам.

Есть возможность, конечно, что ничего не случится, но по реальной оценке на это уповать не следовало.

Теперь, во-вторых.

Мимо жаровни пройти невозможно. Бесов там поблизости – как собак нерезаных. Схватят любую душу неприкаянную и втолкнут на самую середину сковороды – пущай подрумянится.

Люди к такому обращению не приспособлены вовсе. Спекутся, к лешему.

Обойти, конечно, можно. Но размеров жаровен не знает никто. Все-таки Геенна огненная. Человек запросто исхудает настолько, что толку от него не будет никакого.

И в-третьих, совсем необязательно, что попадут они туда, где можно едой разжиться. Таких мест становится все меньше и меньше. И на то есть причины, о которых говорить можно лишь, оказавшись поблизости.

– Братцы, – сказал Илейка.

 – С черными душами я разберусь. Есть пока во мне силушка, что Иисусом и Андреем была дана

. Руки тряпьем обмотаю, чтоб кулаки не ссадить – тогда подходи, братва.

– Появилась у меня задумка, как жаровню обойти, – заметил Тойво. – В шюцкоре нас тому не учили, но аналогии составить можно

.

– А я найду любую еду, где бы она ни была упрятана, – добавил Макс. – В ментовке такому не учат, тут жизненная позиция важна.

Делать нечего, надо попытку пытать.

Охвену и Мортену тоже следовало беречься: если они сгинут – не будет у людей проводников в этом безобразии.

В общем, получалось, что приходилось надеяться только на случай. Господь не выдаст, свинья, как говорится, не съест. При мысли о съеденной свинье желудки у людей спели оригинальную заунывную песню. Хорошо, что она оказалась короткой.

Кулаки себе обмотали все, за исключением, понятное дело, викингов. На это ушло нательное белье Илейки и частично Макса.