Коды жертв и убийц

Да и по латинским правилам переводится не слабо, как молодой человек, посвященный служению богам…

Иван Николаевич стыдливо пожал плечами и спросил, переглянувшись с Владиком и Дмитрием Александровичем:

– Спасибо за комплимент, и что из всего выше сказанного следует, профессор?

– А то, что мы решением оргкомитета конференции, присвоим тебе престижный статус первого докладчика лучшего доклада…

– А вот этого не надо делать, – расхохотался Иван Николаевич, – на этот раз поверьте на слово.

На своей шкуре испытал не белую зависть своих коллег по кафедре, когда мне дважды подряд вручали значок «победителя социалистического соревнования» за внедрение программных и измерительных комплексов в разные союзные предприятия…

– А чего здесь плохого: внедрил – получи награду… – удивился Камиль Магомедович.

– От третьего знака «победителя» отказался, потому что коллеги намекнули, что после третьего знака полагается государственная награда, медаль или орден…

– Раз заслужил, то радуйся награде, вот и мы наградим титулом первого докладчика, – Камиль Магомедович всплеснул руками, – ведь это же поможет продвижению защиты твоей докторской… И первым оппонентом твоей работы, конечно, должен быть мой друг Камиль, Камиль Ахметович, первый из первых в твоей области…

– Против первого оппонента ничего не имею против, но титул первого докладчика конференции ни к чему, – твердо произнес Иван Николаевич, – это только отвлечет на суету по стезе независимого исследователя жизни.

– Как знаешь, Иван, с твоей колокольни, возможно, видней, чем мне кажется, – с грустной улыбкой сказал Камиль. – Не исключено, что у тебя трезвый и правильный взгляд на суетную научную жизнь с ее соблазнами наград и званий, премий и орденов…

И Камиль с ходу почему-то перешел на рассказ о своем детстве, в котором он в силу внешних и семейных обстоятельств поздно пошел в школу, влюбился в математику, вообще, и особенно в раздел «вычислительной математики».

С золотой медалью в двадцать лет, а не в семнадцать, как все абитуриенты, поступил в их вуз, стал там учеником и дипломником-аспирантом Олега Михайловича, помня всё время, что на три года отстает от талантливых «секущих» студентов…

– Стал доктором наук в тридцать пять лет, а мог бы стать в тридцать один, тридцать два… – Камиль поморщился и грустно выдохнул. – С возрастом прыть прибывает, а творческие силы убывают.