Габриэль Конрой

Если нет, считайте, что мое сновидение – мираж, а сам я – старый болван.

– Предъявите нам хоть что-нибудь, – сказал второй, рассмеявшись, – клочок бумаги, старое одеяло, поломанное дышло. Колумб долгое время держался на одном-единственном обрывке водоросли. Но что это они там разыскали? Господи Боже! Да ведь за скалой что-то движется!

Словно повинуясь неведомому зову, всадники сбились в кучу; даже те из них, что громче всех роптали и еще минуту назад называли экспедицию пустой затеей и блажью, сейчас замерли от волнения.

Поджидавший их за деревом неведомый зверь вышел из убежища и, обнаружив свое людское обличье, хрипло крича и нелепо жестикулируя, направился прямо к ним.

Это был Дамфи.

Первым пришел в себя руководитель экспедиции. Пришпорив коня, он подскакал к Дамфи.

– Кто вы такой?

– Человек.

– Что с вами?

– Умираю с голоду.

– А где другие?

Дамфи окинул всадника подозрительным взглядом и спросил:

– О чем это вы толкуете?

– Где остальные? Вы что, один?

– Да, один.

– Как вы сюда попали?

– Вам что за дело? Я умираю с голоду. Дайте мне поесть и попить.

Дамфи изнемог и опустился на четвереньки.

Среди подъехавших всадников послышались сочувственные возгласы.

– Да накормите вы его! Разве не видите, он не то что говорить, – стоять не может. Где же доктор?

Младший из руководителей экспедиции прекратил споры.

– Оставьте его, я займусь им сам. Пока моя помощь нужнее ему, чем ваша.

Он наклонился к Дамфи и влил ему в рот немного коньяку. Дамфи закашлялся, потом поднялся на ноги.

– Так как же вас зовут? – ласково спросил молодой врач.

– Джексон, – ответил Дамфи, смерив его наглым взглядом.

– Откуда вы?

– Из Миссури.

– Как вы сюда попали?

– Отстал от партии.

– А они?

– Ушли вперед. Дайте мне поесть.

– Заберите его в лагерь и там поручите Санчесу. Он знает, что делать, – приказал доктор, обращаясь к одному из всадников.

 – Итак, Блент, – обратился он к своему товарищу, – ваша репутация спасена. Должен заметить, впрочем, что из обещанных вами девяти экземпляров мы имеем пока что лишь один. К тому же весьма низкого качества, – добавил он, провожая взглядом удалявшегося Дамфи.

– Я буду счастлив, доктор, если дело этим и ограничится, – сказал Блент. – Готов вернуться хоть сейчас. Но внутренний голос твердит мне, что надо ехать дальше.