Игра с Годуновым

Игра с Годуновым

Дарья Плещеева

Исторические приключения (Вече)

Начало 1595 года. В Москву прибывает посольство казахского хана Тауекеля, чтобы провести важные переговоры об освобождении заложника, племянника хана – Ораз-Мухаммада. Приезд послов очень интересен живущим в Москве английским купцам, которые понимают: тут можно за спиной кремлевских бояр и Бориса Годунова заключить соглашения для более выгодной торговли с Востоком. Тем временем подьячий Старого Земского двора Иван Деревнин и его приятель, площадной подьячий Данило Воробей ночью спасают девушку в странном на взгляд московитов платье, не понимающую ни слова по-русски.

Кажется, девушка оказалась опасной свидетельницей… но свидетельницей чего? Деревнину вместе с друзьями предстоит распутать эту интригу.

Дарья Плещеева

Игра c Годуновым

Роман

Пролог

Носильщики остановились у крыльца, встав так, чтобы сидевший в портшезе человек мог выйти прямо на каменную ступеньку и не испачкать изящные легкие туфли в майской лондонской грязи.

Этого мало – всадник, сопровождавший портшез, спешился и, взойдя к самой двери, протянул к портшезу руки; тому, кто тайно прибыл ночью в дом лекаря Димсдейла, требовалась помощь; хромая нога мешала ему во многом, но подчиненные выучились ему молча помогать. Сам же он выучился принимать помощь без особого смущения, хотя это и не сразу ему далось.

Второй всадник, закутанный в плотный суконный плащ так, что лишь нос торчал, остался в седле.

Все пятеро были в масках: носильщики – в кожаных, всадники – в матерчатых, а тот, кто вышел из портшеза, – в шелковой. Из-под черного шелка виднелись рот и модный острый клинышек рыжеватой бородки.

– Благодарю, Роули.

– Погодите, милорд, я постучу.

Стук был условный. Лекарь был предупрежден о визите – его ученик сразу отворил дверь.

Ученик был молод, и его грызло любопытство: кем бы мог быть этот ночной гость в шелковой маске, в довольно длинном черном плаще, достигавшем колен, в перчатках из прекрасной испанской кожи, но без шпаги, как полагалось бы знатной особе. Правда, шпага Роули с причудливым эфесом была несколько длиннее обычного клинка, и если бы лекарский ученик разбирался в оружии, он бы предположил: испанская, из толедской стали.