Плейлист двух сердец

По-прежнему не глядя на меня, парень подтолкнул ко мне пустой стакан.

– Еще один.

Ладно, Халед, еще один чего?

– Мне жаль… – начала я, но меня перебили.

– Виски, – прошипел он низким хриплым голосом. – Только не дешевое пойло.

Я взяла стакан, подошла к бару и налила ему порцию нашего лучшего виски, которое, впрочем, мало отличалось от любого другого. Определенно не тот напиток, ради которого диджей Халед прокричал бы: «Еще один!», но это все, что я могла ему предложить.

Я вернулась к столику и поставила перед парнем стакан.

– Вот, держи.

Он что-то пробормотал в ответ. С уверенностью могу сказать, что не «спасибо». Затем поднял стакан, залпом выпил и снова протянул его мне. Я внутренне сжалась от его грубости.

– Еще один, – пробормотал он.

– Прощу прощения, сэр. Но мне кажется, что вам на сегодня хватит.

– Я сам решу, когда мне хватит. Просто принеси сюда эту чертову бутылку, если тебе не хватает сноровки, чтобы выполнять свою работу и наливать виски в стакан.

Вау.

Только этого мне сегодня не хватало: здоровенного пьяного засранца.

– Извини, но я вынуждена попросить…

В этот момент в бар ввалилась большая шумная толпа. Компания молодежи, на вид не старше тридцати, разодетая, словно на фестиваль Коачелла[8 - Фестиваль музыки и искусств в долине Коачелла (англ. Coachella Valley Music and Arts Festival), также известный как Коачелла-фест или просто Коачелла.], и заполнила зал. Буквально за пару секунд в бар вошло, по меньшей мере, двадцать пять человек.

Шум и гомон продолжал нарастать, пока не стало очевидно, что люди раздражены до предела. Я выглянула в окно, и мне показалось, что для этого времени на улице слишком людно. Обычно такая картина наблюдалась после окончания концерта или игры, но сейчас была только половина девятого. Слишком рано для ночных гуляк.

– Просто не верится. Я заплатил больше четырехсот баксов за билеты! – прокричал один из вошедших.

– Что за дерьмо. В голове не укладывается, что он не появился, – рявкнул другой.

– Оливер Смит – полный отстой. Поверить не могу, что ты уговорил меня пойти на это дурацкое шоу.

При этих словах, мужчина вскинул голову, и я поймала его взгляд. На меня смотрели те самые глаза цвета карамели, которыми я была одержима в юности. Услышав собственное имя, Оливер распахнул глаза шире, в них промелькнула паника. Затем он еще сильнее сгорбился, глубже натянул бейсболку и потер пальцами переносицу.

Я застыла на месте.