Человек-Паук. Майлз Моралес. Крылья ярости

Но у них есть только мое слово против слова хозяйки магазина, и именно у меня сейчас серый капюшон, лицо в крови и шаткое алиби. На их взгляд, если я и не грабитель, то наверняка заодно с ним.

– Что ж, – говорит дама, стукнув концом метлы об асфальт, явно пытаясь напомнить, на что она способна. – Я отдыхала, готовилась к ночной смене, и вдруг этот парень врывается внутрь сквозь витрину и носится внутри, как адская летучая мышь…

– Это был не я! – кричу в ответ. – Тот парень…

– Помолчи, с тобой тоже скоро поговорим.

Хорошо?

Хорошо. В смысле, надеюсь, все и правда будет хорошо. Только лежать лицом на тротуаре больно, и дышать стало тяжело.

– Можно я сяду? – слабо спрашиваю я. Жду секунду и продолжаю: – У меня нет никакого оружия, честно. Просто хочется сесть.

Сапог перестает давить на спину, меня подхватывают две сильные руки и поднимают. Я отклоняюсь назад и, почувствовав край бордюра, пытаюсь на нем устроиться. По крайней мере, осколки теперь находятся чуть дальше от моего лица.

Провожу рукавом по щеке, стряхивая пыль и осколки стекла.

Хозяйка магазина все говорит и говорит, а я задумываюсь, уж не отправят ли меня сегодня в камеру. Она признается, что у нее есть видеозапись темнокожего парня в серой кофте, говорит, я вламываюсь в магазин не в первый раз, но такой разрухи еще не устраивал, и чем больше я слышу, тем яснее понимаю, что в следующий раз бабуля и мама увидят меня уже в клетке.

Глава 3

ОТ ПОПЫТОК сдержать слезы у меня уже ломит челюсти.

Я вздыхаю и перекрещиваю ноги, чтобы они не затекли. Женщина говорит уже целую вечность и не собирается замолкать. Я слышу знакомый звук. Наверху что-то щелкает, затем разносится глухой свист, и у меня замирает сердце. Я смотрю на полицейского, на хозяйку магазина и гадаю, слышат ли они то же самое. Но Человек-Паук уже тут.

– Вы не того поймали, офицер, – говорит Питер таким привычным мне голосом, опускаясь с крыши на паутине и мягко приземляясь.

Он смотрит на меня через плечо, и я никак не могу понять, разочарован ли он, жалеет меня, недоумевает или все вместе. Но вдруг, хоть я и не сделал ничего дурного, я испытываю незнакомое мне чувство, а к горлу подкатывает ком.

Мне стыдно.

Полицейский переводит взгляд то на меня, то на хозяйку магазина, то на Человека-Паука, не выпуская из рук папку-планшет, и переступает с ноги на ногу.

– Человек-Паук, он подходит под описание.