И тогда я поняла. 95 честных историй о жизни как она есть

Я выключила телевизор и уставилась в потолок. Значит, праздник, говорите. Моя память выдает воспоминание, больше похожее на фильм, где в главных ролях я, мои друзья и детство.

Мы все бежим. Я и друзья – к речке, рвать вербу. А детство несется прямиком туда, откуда «и писем не напишет, и вряд ли позвонит»[23 - Строчки из песни Аллы Пугачевой «Куда уходит детство».]. Забавно, тогда мы все время бегали, редко переходя на шаг. Заставь меня сейчас побегать – не выйдет. Вербное воскресенье из детства – действительно праздник.

В детстве все дни такие.

Телефон затрещал, написала подруга: «Привет. Короче, и батя у меня вчера умер. А с ебаным карантином и не уехать нихуя. Ебаная жизнь». Вот еще одна новость. Комбо. Для этого утра, пожалуй, достаточно новостей.

Такого рода сообщения до меня доходят не быстро, не знаю, наверное, срабатывает защитный механизм, я начинаю медленно соображать. Написала подруге в ответ: «Крепись».

Потом села на кровать и начала рыдать. Проснулся Дима, спросил, что случилось.

Я невнятно, вперемешку с заиканиями, объяснила, в чем дело. И только потом, собравшись с мыслями, написала Насте:

– Почему нельзя уехать?

– Никто не хочет везти из-за карантина.

– Мы можем отвезти. Когда за тобой заехать?

Отец Насти вместе со старшей сестрой Насти и ее дочерью Кристинкой жил в другой области, ехать до которой часа четыре или пять. Сама же она жила у мужа в паре часов езды от нас.

Вскоре мы с Димкой уже загружали вещи подруги и ее дочери в машину.

Ее муж тоже собирался в дорогу, но один на мотоцикле.

Настя выглядела как обычно, говорила как обычно, и все в ней было как обычно. Может, и у нее защитный механизм сработал. Перед выездом я забежала в магазин за водой в дорогу, и продавщица на кассе предложила мне еще купить пучок веток вербы. Я посмотрела в сторону, куда она махнула рукой, и увидела ведро из-под краски по металлу, а в нем – кустики вербы. Стало грустно, что теперь дети не бегают за вербой куда-нибудь к речке, а могут купить ее за 50 рублей – три веточки и 100 рублей – семь.

И никаких тебе приключений. Я отказалась.

В дороге мы много молчали и мало говорили. Настя старалась убаюкать дочь и уснуть сама, но Кристинка сопротивлялась. Ей было интереснее смотреть в окно.

Доехали мы до родительского дома Насти быстрее, чем планировали. Там нас ждали с обедом. Димка с мужем подруги ушли есть, а мне кусок в горло не лез.