В паутине чужих заклинаний

 – Теперь больше похожи?

На мой взгляд, теперь, когда мы шли медленнее, а Дитрих еще и наклонился ко мне с необычайно внимательным видом, на прогуливающуюся парочку мы были похожи много больше, но я дипломатично сказала:

– Вам виднее, вы же специалист по конспирации.

– Иногда полезен взгляд со стороны, – заметил он. – Впрочем, мы уже пришли.

Он церемонно открыл передо мной тяжелую дверь подъезда и приглашающим жестом указал внутрь. Внутри было темно, и пахло оттуда сыростью.

Внезапно мне стало страшно. Не знаю, чего я боялась больше – что этот менталист не сможет ничего выяснить или что сможет и все там окажется совсем ужасным. Я замерла на пороге, не решаясь сделать шаг, отделяющий шумную жаркую улицу от тихого и прохладного подъезда.

– Линда, все будет хорошо, – попытался подбодрить меня Дитрих. – Чем быстрее зайдем, тем быстрее выйдем. Карл – прекрасный менталист. Если можно вытащить, он вытащит, уж поверьте.

– Главное, чтобы еще чего-нибудь неважного не стер, – нервно пошутила я.

– С вами же я, я непременно прослежу, чтобы все прошло как надо, – бодро ответил он. – Стирать я ему ничего не позволю.

– Дитрих, я вас совсем не знаю, – заметила я. – И о вас – тоже ничего. Вы даже не сказали, зачем взяли меня на работу.

Мне захотелось развернуться и уйти. В конце концов, у меня всегда был беспроигрышный вариант – выйти замуж за Штефана и забыть про все случившееся.

Не думаю, что он так легко отступится. Вчера он выглядел раздосадованным, но не смирившимся, и букет мне пытался вручить до последнего.

– Линди, – ласково сказал Дитрих и успокаивающе положил руку мне на плечо, – поверьте, все будет хорошо. Если я об этом говорю, непременно позабочусь. И потом, у нас с вами сегодня в планах ужин, вы не забыли? Но ужином я вас накормлю только после менталиста.

– Если я буду в состоянии есть, – мрачно сказала я и храбро шагнула вперед.

– Будете, – уверенно сказал Дитрих. – Карл работает…

Он сделал странное движение сложенными пальцами, которое должно было выражать восхищение профессионализмом менталиста, к которому мы шли. Но разве будет профессионал работать на дому? А то, что это жилой дом, сомнению не подлежало.

– И почему я вас только послушалась? – проворчала я.

– Потому что поняли – меня бояться глупо, – ответил Дитрих.