Цвет твоей крови

 – Как-никак должен понимать, что я – единственная твоя опора в этом коэне, и в свой ты без меня ни за что не вернешься…

Он достал из кармана нечто вроде большой желтой стекляшки круглой формы, встал, склонился надо мной и провел ею от моей шеи к ногам, словно резал что-то. Опутавшая меня «сеть» моментально исчезла, и я почувствовал себя свободным. Встал, потряс руками, прислушался к себе – тело ничуть не затекло; если не врали часы, – а они у меня отличные, швейцарская «Докса», некоторым образом трофейные, – с той поры, как началась вся эта чертовщина, прошло не больше двадцати минут.

Пока Грайт усаживался на прежнее место, я оценил обстановку. Пояс привычно оттягивала тяжесть пистолета, и положение мое было самое выгоднейшее: огнестрельного оружия при нем не видно, меч и кинжал против ТТ не пляшут. Могу, как учили, грамотно отпрыгнуть, даже грамотно упасть с перекатом, выхватить пистолет и взять его на прицел…

А вот дальше-то что? Требовать, чтобы он отправил меня назад? Ясно, что мужик твердый, может и под дулом пистолета не дрогнуть.

Да и как я узнаю, что он в самом деле отправляет меня назад? Вновь шарахнет светом, свяжет вмиг… Выходило, он прав – единственная моя опора здесь, так что рано рыпаться…

И я остался стоять. Поднял руку к шее – тяжесть вокруг нее по-прежнему чувствовалась, – взялся за верхнюю пуговицу гимнастерки, уже чувствуя под воротом что-то жесткое.

– Не трудись, – сказал Грайт. – Вот, посмотри.

Он расстегнул верхние пуговицы кафтана – буду уж называть это кафтаном простоты ради.

Под ним обнаружилась белоснежная рубашка в синюю полоску, без пуговиц, явно сшитая из одного куска, с вырезом наподобие тех, что на майках, – и там, в вырезе, на сильной шее я увидел нечто вроде ожерелья из прямоугольных звеньев, с синими и желтыми камнями посередине, скрепленными колечками того же серебряного цвета.

– Вигень, – сказал Грайт. – У тебя на шее такой же. Потому мы и понимаем друг друга.

– А что это?

– Как бы тебе объяснить… А! Это такая магия.

У нас магия в ходу, правда, не таком уж большом. – Он похлопал ладонью по стволу дерева. – Садись, разговор будет не такой уж короткий.

Я сел. Достал из нагрудного кармана пачку «Корда», привычно примял двумя пальцами картонный мундштук и чиркнул спичкой. И курить зверски хотелось после всех этих чудес, и любопытно было, как этот хрен с мечом отреагирует на сие зрелище.

Зря я рассчитывал его поразить или по меньшей мере удивить.