Ветви терновника

Их натренированный в жёстких экзаменационных схватках ум ловко и изобретательно справлялся со всеми каверзами и ограничениями, выдуманными сочинскими организаторами массового отдыха. Не прошло и пары дней как Данила и Алексей уже завоевали авторитет как необоримая теннисная пара. Слава, увлекавшийся йогой, прославился тем, что как Ихтиандр мог пронырнуть на одном дыхании тридцать метров, а Никита снискал популярность барда местного разлива своим умением сносно бренчать на гитаре походные песни.

Очередной жаркий июльский день неожиданно оказался богат на события иного рода.

Водные процедуры до обеда были завершены, и на море идти больше не хотелось. Взглянув на часы и убедившись, что до ужина ещё очень далеко, Алексей предложил:

– Послушай, Дэн, давай сгоняем партию в биллиард. – Друзья поднялись на второй этаж, где размещался игровой зал с большим полукруглым баром и несколько столов, покрытых зелёным сукном. Пока они вынимали из стойки и придирчиво перебирали кии, к ним подвалил какой-то безликий мужичок за сорок в ситцевой рубашке и подзадоривающим тоном спросил:

– Ну что, молодёжь, партийку в пирамиду на пару сыграть с нами слабо?

– Почему слабо? – возмутился заводной Алексей.

 – Давай расставляй шары.

– Молодец, тогда на коньяк? – возрадовался шустрый мужичок. – Согласны? Уступаем вам «разбой»?

– Да не вопрос.

Были ли это просто скучающие постояльцы гостиницы или профессиональные «разводилы» на «интерес» для москвичей было неважно. Партия, так партия. Пирамида из блестящих бильярдных шаров монолитным треугольником выстроилась по центру стола.

Данила подогнал к себе биток, выставил его на удобную для себя позицию и нанёс сильный и резкий удар кием. Шар с треском влетел в правую от Данилы лузу. Риск оказался оправдан, другие его собратья раскатились по всему зелёному полю стола. Теперь можно было неспешно собирать урожай. Счёт начал постепенно расти. Мужички заметно занервничали, и чтобы привести себя в чувство всё чаще стали прибегать к испытанному средству, заказывая для себя в баре всё новые рюмки коньяка.

На столе оставалось совсем немного шаров и уже было понятно, что судьба партии была предрешена. Энтузиазм у мужичков исчез: один в замешательстве мял рукой свой подбородок, другой стоял в стороне от стола, опираясь на свой кий как на костыль, всем своим видом демонстрируя безысходность и неверие в успех. Удар был за Алексеем, который, держась обеими руками за край стола, вначале присел, высматривая лучший вариант для удара.