Человек с одним из многих лиц

Было достаточно свежо, чтобы захотелось надеть пальто, оставленное в комнате для персонала, но не настолько, чтобы тащиться за ним в такую даль. Он удивился, когда она вышла следом и встала рядом с ним, обхватив себя руками и переступая с ноги на ногу.

– Твою ж мать… – вздохнула она.

– Тебе не кажется странным, что не так давно в больницах разрешалось курить?

– Ага, – вздохнула Бриджит. – Добрые старые времена, когда люди просто умирали.

Вытягивая предпоследнюю сигарету, он заметил взгляд Бриджит, задержавшийся на пачке.

– Здесь последняя.

– Не переживай, у меня их полно.

Формально это было правдой. Полгода назад он приобрел двадцать пять пачек по двадцать сигарет у Подрига за восемьдесят евро и приучил себя выкуривать по одной сигарете в день. Он уже подумывал бросить окончательно, но в этом случае она победит. А он пока не был к этому готов. Тем не менее три евро тридцать центов, сэкономленные на автобусе, за вычетом шестнадцати центов за одолженную сестре Конрой сигарету всё еще позволяли ему выгадать 3,14 евро на сделке.

Бриджит прикурила сигарету, обхватив ладонями его зажигалку.

– Благодарю.

Они одновременно затянулись и взглянули на свои тени, вытянувшиеся по ухоженным лужайкам хосписа под безжизненным светом люминесцентных ламп.

– Можно задать вопрос? – спросила Бриджит.

Он слегка напрягся, зная, что последует дальше.

– Ну почему люди всегда так говорят? Во-первых, ты уже спросила, а во-вторых, никто никогда не принимал «нет» в качестве ответа.

– Эй, не надо так бурно реагировать. Я просто поддерживаю разговор.

Она стряхнула пепел в водосток и еще крепче обхватила себя руками. Оба сделали по очередной затяжке, молчаливо согласившись с тем, что он повел себя как мудак.

За чугунной оградой на противоположной стороне улицы Пол заметил лису. В свете уличных фонарей она то появлялась, то исчезала на тротуаре.

Наконец он нарушил молчание:

– У меня специфическое лицо.

– Что? – не поняла Бриджит.

– Ты же это хотела спросить? Как мне удается делать то, что я делаю?

– Да, но…

– А теперь, – перебил он, – ты скажешь, что хотела спросить не только об этом.

– Ты еще и мысли читать умеешь?

Повернувшись, Пол посмотрел ей в глаза.

– Окей. Я тебя слушаю.

– Ну да, Шерлок, ты совершенно прав. Это то, что мне хотелось узнать. Но ты не можешь обладать «специфическим лицом» – оно у каждого свое. И в твоем нет ничего особенного. Без обид.