1 4 4 0 0 0. Всем шизы! Я угощаю!

Ибо откуда в жизни алмазы, когда они в кимберлитовых трубках?

Всем шизы! Я угощаю!

Удав ниже пояса

Рано или поздно, но наступает момент, когда ты по привычке тянешься через весь стол за приправой и на пол пути понимаешь – вкуснее без неё. Для веселья не нужен алкоголь, для подарков – повод. Женщина гораздо красивее без косметики. Жизнь без усилителей вкуса. «Зато будет, что вспомнить!» – успокаиваешь ты себя, когда уже поздно и стыдно. А потом пытаешься не вспоминать. И не повторять. И единственный вопрос гложет: «В чём измеряется ипическая сила?»

Пора бы уже, наконец, признать, обладатели хорошего чувства юмора волокут на себе этот грёбаный мир, населенный миллиардами нытиков, трусов и белых польт.

Да, трудновато нам с вами приходится, обладатели хорошего чувства юмора, но ничего, мы держимся.

Вот, к примеру, я. Две руки, две ноги, нос посередине. Удав ниже пояса. Очень рак по Зодиаку. К слову сказать, обладатель звания «человек года-2006» по версии одного очень уважаемого журнала.

Было бы у меня чувство юмора, я бы умолчал, что в том пресловутом году этот самый многоуважаемый журнал признал человеком года каждого. А раз так, то и я не рассчитывал к своему возрасту быть поумнее, покрасивее, побогаче. И точно! Не рассчитал. Напиться бы с горя, да, сцуко, всё хорошо.

Но я не унываю. В сотый, в тысячный раз открываю потёртый временем поэтический блокнот и с упорством ломовой свиньи вновь пытаюсь сложить уже набившие оскомину два плюс два:

За окнами в окнах свет,

По улицам бродит мгла.

Какой я, к черту, поэт?

Никто не слышит меня.

Мой крик пролетает в ночи,

Мой стих улетает в ничто.

Хоть волком с досады кричи,

Меня не услышит никто.

А ветер разносит листы

Вчерашних отжитых газет.

«Наивный бродяга-поэт

Хотел удивить белый свет».

Что заблудился в дожде,

И что противясь судьбе,

Больничных просторов покой

Осваивать стал на себе.

Летит в пустоту моя песнь,

Слезинка на фоне дождя.

Летит в пустоту моя песнь

К тем, кто услышит меня.

– Как вы относитесь к своему литературному творчеству?

– Я к нему не отношусь.

– А как вы считаете, интерпретация текста включает в себя намерения и биографию автора?

– Отнюдь, написанное и создатель не имеют друг к другу никакого отношения.

– Почему?

– Автор мёртв.

Вот скажите, мог ли вам на полном серьёзе сказать такое человек, наделённый хоть каплей чувства юмора? А я могу. И я говорю.