Падение Кремля. Воспоминания о будущем

– Что-то случилось?

Не самый умный ход, но надо было «по максимуму» тянуть время. В поисках спасительного выхода. По этой же причине Блюститель избегал «попадаться» Главе на глазе. Но это не мешало тому, не мигая, пожирать его взглядом. И делал он это настолько квалифицированно, что «объект работы» наверняка и сам чувствовал, как «сокращается в объёмах».

– Случилось то, что ты, Блюститель, подыгрываешь сепаратистам в их стремлении придать видимость законности своим незаконным действиям.

Несмотря на казённую закруглённость фразы, Блюститель прочувствовал её глубоко лично. Отнёс к себе, то есть. И не без оснований. Это помогло ему качественно перепугаться. Без малейших усилий над собой.

«Заглатываемый» Администратором, Блюститель сдавался на милость победителя и его «желудочно-кишечного тракта». И в тот момент, когда Блюстителя осталось на один только глоток, Глава неожиданно проявил милость: «отрыгнул» «столпа демократии».

Жертва не состоялась в качестве таковой.

– Немедленно отзывай ревизоров. Они не должны напортачить больше, чем уже успели.

Блюститель, наконец, оказался в состоянии говорить. Судорожным движением руки ослабив узел галстука, он чуть ли не простонал:

– Но ведь до подведения итогов их могут попросту не отпустить!

– Тогда сориентируй их надлежащим образом. Пусть они старательно фиксируют малейшие, даже чисто технические нарушения в ходе выборов и подсчёта голосов! Даже те, которые здесь, в Центре, и не считаются нарушениями!

– Как я им сообщу об этом?

Блюститель не переставал удивлять Главу.

На этот раз – трезвым взглядом на предмет.

– У ЦИКа ведь нет закрытых каналов связи! А все другие – под контролем! Не по «межгороду» же им передавать инструкции? Да и связь-то односторонняя: только оттуда сюда!

– Но можно ведь сказать об этом не прямо, а только намекнуть – так, между строк! Есть же у вас какой-нибудь профессиональный жаргон, понятный только специалисту?

Если Глава задался какой-то целью, то никакими доводами его уже невозможно было остановить.

Потому что на все эти доводы у него находился один свой. Точнее, позаимствованный у Клемансо: «Никакое сражение не проиграно до тех пор, пока от него не отказался сам полководец!»

– Выборы должны быть признаны недействительными!

Глава опять начал гипнотизировать Блюстителя.