По следам адъютанта Его Превосходительства. Книга первая

– Поверьте, дорогой Вадим Зиновьич: лично я не вижу никакого смысла в замене командующего! Никакого! От этого, в сущности, ничего не изменится – так: косметический ремонт! Но на меня давят!

Признание Иван Антоныч уже «кричал» жарким шёпотом в ухо Кобылевскому, почему-то с опаской поглядывая на запертую дверь.

– Давят! И ещё как! Понимаете?

Вадим Зиновьич подумал-подумал – и на этот раз согласился обрадовать Главкома: «понял».

– Спасибо, друг! – обнял «друга» за плечи Главком. – А то я ехал сюда – и всё боялся предстоящего объяснения: а, ну, как Вы не поймёте меня!

Опять боязливо косясь на дверь, Главком приблизил губы к самому уху Кобылевского.

– А всё этот тевтон проклятый: который уже месяц копает под меня! Пришлось откупиться от него Вашим местом… Но, думаю – ненадолго… Амбиции этого мерзавца не удовлетворятся полумерой: ему нужна полная моя капитуляция… То есть, моё кресло и моя отставка…

Продолжая тему отставки – пусть и не совсем «в контексте» – Иван Антоныч вдруг отставил всю свою интеллигентность, молниеносно слепил «комбинацию из трёх пальцев» и выбросил руку в сторону двери.

– А вот – хрен тебе, тевтонская морда! Мы ещё пободаемся! Ещё поглядим, кто – кого! Я так просто тебе не дамся!

Выдав гневную тираду, Иван Антоныч моментально «сдулся».

– Ну, а пока, дорогой Вадим Зиновьич, я вынужден пойти на компромисс и с этим негодяем, и со своей совестью…

Он не выдержал встречного взгляда Кобылевского, и отвернулся.

– По настоянию Барона Вы… это… как бы это помягче сказать… увольняетесь со службы в отставку… Поверьте, Вадим Зиновьич, я этого не хотел! То есть, я хотел не так… Я хотел поставить Вас на корпус… на армейский корпус, который я планирую создать из разбитых… хм… потрёпанных… хм… в общем, подлежащих переформированию дивизий.

Но этот тип… Он категорически не соглашался на то, чтобы оставить Вас на командной должности… На любой… И вот мне пришлось… во имя сохранения… единства, что ли… хотя, какое тут, к чертям собачьим, единство… В общем, мне пришлось уступить Барону и в этом…

Главком схватил Кобылевского за рукав кителя.

– С тяжелым сердцем, Вадим Зиновьич – Богом клянусь! Вы ведь знаете, что я всегда предпочитал Вас этому тевтону! От Вас, по крайней мере, я никогда не дождался бы никакой пакости! Не то, что от этого… Но… обстоятельства бывают сильнее нас…

Иван Антоныч скомкал концовку речи – и дал слезу. Вот такой он был, не «командного типа» командующий.