Заговор против заговора: ГКЧП-3. Книга вторая

Во-первых, пусть он даст нам окончательную раскладку по силам и времени. А, во-вторых, мне важно знать его мнение о возможной реакции населения на объявление ЧП и ввод армии… Сроку вам…

Крючков наморщил лоб. Умные глаза его выглянули поверх золотой оправы.

– Часа хватит?

Егоров первым успел изумлённо отвесить челюсть – но Жижин ненамного отстал от него.

– Хорошо: два!

Императивный тон Председателя КГБ исключал возможность дискуссии – и «приглашённые товарищи» дружно, как ракета «с холодного старта», подросли над столом.

– Да-да: можете идти, – «без восклицательного знака» болезненно наморщил лоб Крючков, весь уже в мыслях и заботах о плановых делах, как всегда – на манер зимы в декабре – нагрянувших «внезапно». Но едва только исполнители растворились за дверью, рука Председателя КГБ «отклеилась» от подбородка – и медленно, словно нехотя, зависла над одним из телефонов прямой правительственной связи. Зависала она недолго: две-три секунды – и она уже снимала трубку аппарата белого цвета.

– Это – я… Нет, это – не телефонный разговор.

Услышав ответ «с того конца», Владимир Александрович медленно опустил трубку на рычаги – и задумался…

…Генерал армии Варенников положил на стол перед министром обороны тоненькую папку с выглядывающим из неё уголком бумаги.

– Здесь – то, о чём Вы просили, Дмитрий Тимофеевич: мой анализ ситуации.

Маршал Язов – в одной рубашке без галстука – болезненно поморщился, и прикрыл рукой воспалённые глаза.

– Всю ночь не спал: работал с документами, – словно извинился он за свой неуставной вид.

 – Да ты садись, Валентин Иванович: в ногах правды нет…

– Её нигде нет.

Не меняясь в лице, Варенников, обычно лёгкий и мобильный, тяжело опустился в кресло. Это было настолько показательно и необычно, что не могло ускользнуть даже от некондиционного взгляда Язова. Он вздохнул – и с пониманием скосил глаз на папку.

– Значит, ничем не обрадуешь?

– Обрадовал бы – да нечем, – так и не «размочил» лица Варенников.

– «Откуда дровишки?» – предпринял ещё одну неубедительную попытку Язов.

Неубедительную хотя бы оттого, что уже одним тембром голоса, дрожащего и неуверенного, он и сам не сомневался в результате. И Варенников «не подвёл начальство».

– Лучше бы мне оказаться штабным лизоблюдом, Дмитрий Тимофеевич… Или неисправимым оптимистом типа страуса, зарывающего голову в песок… Увы, «дровишки» – не из «забытых газет времён Очакова и покоренья Крыма». Это – не плод «научных фантазий кабинетного червя».