Искусство русской беседы

Но только что ж вы, князь, про Аглаю ничего не сказали? Аглая ждет, и я жду.

Мышкин. Я ничего не могу сейчас сказать; я скажу потом.

Лизавета Прокофьевна. Почему? Кажется, заметна?

Мышкин. О да, заметна; вы чрезвычайная красавица, Аглая Ивановна. Вы так хороши, что на вас боишься смотреть.

Лизавета Прокофьевна. И только? А свойства?

Мышкин. Красоту трудно судить; я еще не приготовился. Красота – загадка.

Аделаида. Это значит, что вы Аглае загадали загадку, разгадай-ка, Аглая.

А хороша она, князь, хороша?

Мышкин. Чрезвычайно! (через паузу) почти как Настасья Филипповна, хотя лицо совсем другое!..

Все переглянулись в удивлении.

Лизавета Прокофьевна. Как кто-о-о? Как Настасья Филипповна? Где вы видели Настасью Филипповну? Какая Настасья Филипповна?

Эпизод второй. Воспоминание первого разговора князя Мышкина и Аглаи.

Тот же стол. Князь и Аглая стоят у стола.

Аглая (подает записку). Прочтите это.

Князь взял записку и с недоумением посмотрел на Аглаю.

Аглая. Ведь я знаю же, что вы ее не читали и не можете быть поверенным этого человека. (приказным тоном) Читайте, я хочу, чтобы вы прочли.

Голос Гани. Сегодня решится моя судьба, вы знаете каким образом. Сегодня я должен буду дать свое слово безвозвратно. Я не имею никаких прав на ваше участие, не смею иметь никаких надежд; но когда-то вы выговорили одно слово, одно только слово, и это слово озарило всю черную ночь моей жизни и стало для меня маяком.

Скажите теперь еще одно такое же слово – и спасете меня от погибели! Скажите мне только: разорви всё, и я всё порву сегодня же. О, что вам стоит сказать это! В этом слове я испрашиваю только признак вашего участия и сожаления ко мне, – и только, только! И ничего больше, ничего! Я не смею задумать какую-нибудь надежду, потому что я недостоин ее. Но после вашего слова я приму вновь мою бедность, я с радостью стану переносить отчаянное положение мое. Я встречу борьбу, я рад буду ей, я воскресну в ней с новыми силами!

Пришлите же мне это слово сострадания (только одного сострадания, клянусь вам)! Не рассердитесь на дерзость отчаянного, на утопающего, за то, что он осмелился сделать последнее усилие, чтобы спасти себя от погибели.

Г. И.

Аглая. Этот человек уверяет, что слово «разорвите всё» меня не скомпрометирует и не обяжет ничем, и сам дает мне в этом, как видите, письменную гарантию, этою самою запиской.