Дресс-код от заката до рассвета. Этикет и классика как способы самовыражения

Собственно, именно поэтому в двадцатом веке такое распространение и получили бренды. Мир изменился, сословия перемешались, границы во всех смыслах стерлись. Но человеческая потребность понимать, кто перед нами, никуда не ушла.

Прекрасную душу, завидное чувство юмора и светлый ум сложно рассмотреть в первые несколько секунд, а именно столько требуется человеку, чтобы составить первое впечатление, которое, как известно, невозможно произвести дважды. Мы видим сначала одежду.

И нам кажется, что мы кое-что понимаем про женщину с сумкой «Шанель».

Узнаваемый бренд однозначно усиливает это ощущение.

Петр Первый, прорубив окно в Европу и наладив сообщение с нею, четко и категорично озаботился и внешним видом своих подданных. Это было совершенно необходимо, чтобы наши люди «там» чувствовали себя в европейском платье привычно и гармонично, а те, кто приезжал в Россию, не были «белыми воронами» и понимали: здесь все изменилось, включая кухню и одежду.

Ведь еще в 1675 году царем Алексеем Михайловичем был выпущен указ, запрещающий всем, кроме иностранцев, появляться при дворе в иностранной одежде.

Петром же за время правления было выпущено около двадцати указов, так или иначе регламентирующих внешний вид и одежду россиян.

Первый вышел в 1699-м и касался в основном царского окружения. Он давал некоторое время на раскачку, чтобы «доносить» старые одежды и постепенно принять новое, но каждый следующий указ ужесточал и сужал рамки.

Для наглядной демонстрации и во избежание неправильных трактовок на улицах выставляли правильно одетые чучела, регламент разъяснялся повсюду.

Хочешь делать карьеру, иметь государевы милости и вообще выглядеть лояльным – изволь.

Нововведения, как и положено, вводились с кровью и слезами, особенно ожесточенное сопротивление вызвало требование брить бороду, настоящую гордость русского человека, ведь борода считалась символом православной духовности. Да, бороду можно было сохранить, дорого заплатив за нее в казну.

Такие люди составили «читаемый» класс состоятельных бунтарей.

В общем, даже те, кто, как им кажется, не соблюдает никаких правил и одевается исключительно как хочет, просто принадлежат к узнаваемой группе уверенных, что законы «не им писаны». Это считывается точно так же, и их свобода все равно условна, потому что климат, смену сезонов и особенности строения тела отменить невозможно. Нарушение правил точно так же выделит их из группы «своих».