Бойся, я с тобой 2. Страшная книга о роковых и неотразимых. И это все о них

Ему нужно что-то «бодрящее», «адреналинчик»: сделать вираж на самолете под мостом или селфи на краю бездны, нырнуть в расщелину меж ледников, украсть чужую невесту, «развести лоха». Вот почему у него постоянно «свербит в одном месте».

В промежутках между всплесками возбуждения социопат испытывает скуку, раздражение, опустошенность – как алкоголик в тяжелом похмелье.

Многие исследователи считают, что социопаты манипулируют абсолютно сознательно. Этот человек говорит вам «люблю», осознавая, что врет – в отличие от нарцисса, который в моменты идеализации может считать, что действительно влюблен, пусть поверхностно и мимолетно.

Но по мне, так нет принципиальной разницы, сознательно вами манипулируют или полусознательно, и не стоит на этом основании считать нарциссов «лучше» социопатов.

Сознательная манипулятивность не означает, что хищник обдумывает атаку, «сидя на кухне и прописывая все по пунктам», как мы это называем с читателями. Да, бывает, что социопат разрабатывает операцию от и до. Как это происходит, мы читаем в романе Агаты Кристи «Час ноль»[12 - Перевод Е.

Куприна, И. Гриценко.]:

«Одинокая фигура склонилась над письменным столом. В полной тишине было слышно лишь, как поскрипывает перо, оставляя на бумаге строчку за строчкой.

Никто не мог прочесть написанного. А если бы кто-нибудь и смог сделать это, он не поверил бы своим глазам. Ибо на бумаге возникал ясный, продуманный до мелочей план убийства.

Случается порой, что мысль вдруг начинает существовать как бы отдельно от нас; и тогда человеку ничего не остается, как покорно склониться перед этим чуждым нечто, которое отныне руководит всеми его действиями.

Тело становится подобным послушному автомату.

Именно в этом состоянии и пребывает некто, кого мы видим за письменным столом. Одна мысль, холодная, безжалостная, довлеет сейчас над всем – уничтожение другого человеческого существа. Для достижения этой цели и разрабатывается на бумаге подробный план. Любая случайность, любая возможность принимаются во внимание.

План этот, как все хорошие планы, не категоричен. В определенные моменты он предусматривает альтернативные действия. Более того, план разумен настолько, что оставляет какое-то место и для непредсказуемого. Но основные линии продуманы до тонкости и тщательно выверены. Время, место, метод, жертва!..

Но вот голова поднята, работа окончена. Исписанные листы собраны и внимательно перечитаны. Да, дело представлялось кристально ясным.

На серьезное лицо легла тень улыбки.