Самоосвобождающаяся Игра, или Алхимия Артистического Мастерства

Согласно этому закону, история развития индивидуального организма в сжатом виде повторяет основные черты и особенности развития тех форм, от которых он произошёл.

Итог по всем работам XIX века подводит немецкий психолог и философ Карл Гроос (1861-1946) – автор таких книг как «Игра» и «Игры людей». Он утверждает, что непосредственным побуждением к Игре является регулярно образующийся в человеке избыток сил и что Игра – первая «скрепа» общества, «цепь, сплетённая из цветов».

Далее особый вклад в теорию Игры вносит голландский биолог и психолог Фредерик Якоб Йоханнес Бёйтендейк (1887-1974).

От Игры с предметом и образом он ищет пути в сферу духа, в область воображения и Творчества: «Сфера Игры – это сфера возможностей, фантазии, гностически-нейтрального».

Можно также сказать, что метафизика Игры XX века вышла из Игровой терминологии таких авторов, как французский этнограф и социолог, один из главных представителей структурализма Клод Леви-Стросс (1908-2009) и французский же психоаналитик, психиатр и философ-постструктуралист Жак Лакан (1901-1981).

Немецкий мыслитель Ганс-Георг Гадамер (1900-2002) в его фундаментальном труде «Истина и метод» вводит понятие Игра в аппарат герменевтики – теории понимания и истолкования текстов, произведений искусства, исторических событий и так далее.

Великий Альберт Эйнштейн признаёт, что «для объяснения событий во Вселенной наука не сможет предложить ничего лучшего, чем Теория Игр».

Нельзя также вновь не упомянуть и Германа Гессе с его возвышенной «Игрой в бисер», которого, правда, более чем на целое столетие опередил немецкий писатель и публицист-сатирик Иоганн Пауль Фридрих Рихтер, известный под псевдонимом Жан-Поль (1763-1825), создавший удивительный художественный космос, построенный по законам Игры.

Играя метафорами, философемами и целыми традициями, он включил всё сущее в универсальную трагикомедию смыслов, полную бесконечных отражений, подобий и образов.

Вслед за Гессе немецкий философ-феноменолог Ойген Финк (1905-1975) ставит понятие Игра на один уровень с такими феноменами человеческого бытия, как Смерть, Труд, Любовь, и так далее.

«Языком трансценденции» называет Игру известнейший немецкий философ Мартин Хайдеггер (1889-1976): «Мы должны понимать бытие как субстанцию, исходя из сущности Игры. И притом такой Игры, в которой мы являемся смертными. Смерть есть неупоминаемый масштаб неизмеримого, то есть Наивысшей Игры, в которую человек когда-либо впадал, на которой он присутствовал».