Самоосвобождающаяся Игра, или Алхимия Артистического Мастерства

Русский поэт Максимилиан Волошин (1877-1932) в своём крайне дерзком и бесстрашном стиле выводит Игру за пределы морали, и заявляет, что она «до добра и зла».

Философ-экзистенциалист Карл Ясперс (1883-1969) определяет «состояние Мира как Игры».

Основоположник философского направления, известного как феноменология, Эдмунд Гуссерль (1859-1938) бесстрашно опускается в недра этого феномена, ставя вопрос об Игре Сознания, о том, как в смыслообразующем потоке ума строится картина мира.

Метод языковых Игр, в которых через «проигрывание» языка можно выявить его скрытые аспекты и возможности, предлагает ярчайший представитель «аналитической философии» Людвиг Витгенштейн (1889-1951).

Французский семиотик Ролан Барт (1915-1980) сравнивает «текст», понимаемый им как «Пространство, в котором идёт образование значений, а, следовательно, множественности смыслов» со Сценическим Пространством, наполненным драматической Игрой.

Испанец Хосе Ортега-и-Гассет (1883-1955) пытается решить проблему выживания человека в условиях Игр массовой культуры.

Наиболее знаменитым исследователем и теоретиком Игры заслуженно считается нидерландский философ, историк и культуролог Йохан Хёйзинга. В своём основном и уже ставшим классическим труде «Homo Ludens» («Человек Играющий») учёный наглядно демонстрирует, что абсолютно все сферы человеческой культуры – искусство, философия, наука, политика, юриспруденция, военное дело и так далее. – находят свои корни в Игре и Играются с самого начала: «Одна старая мысль гласит, что, если проанализировать человеческую деятельность до самых пределов нашего познания, она покажется не более чем Игрой».

Подобно Хёйзинге, Ортега-и-Гассет считает, что Игра стоит у истоков культуры, и, подобно Герману Гессе, довольно наивно видит единственный путь защиты культуры от тотальной дегуманизации в сохранении её ценностей «аристократами духа» – интеллектуальной и творческой элитой.

Эту мысль развивает также бельгийский драматург Мишель де Гельдерод (1898-1962).

Вслед за этими персонажами особенно пристально всматривался в Игру немецкий философ российского происхождения, основоположник критической, или новой, онтологии Николай Гартман (1882-1950). Говоря «Одно в другом Играет», он приводит в пример поэзию, называя её «полуконкретностью».