Враг из тьмы. Мистический триллер

У меня язык чесался вежливо и холодно, как это делает Наташа, поставить Валова на место, напомнить ему, что мы не его подчиненные. Я сдержался по одной-единственной причине: мне хотелось быть в гуще событий, а достичь этого можно было, находясь рядом с Валовым.

Потому, отложив до лучших времен речь о правах и обязанностях гражданина Российской Федерации, заготовленную для ушей полковника ФСБ, я быстро собрался и, не позавтракав, поехал к Лире.

Сегодня, наконец-то, небесные хляби распахнулись. Дождь лил как из ведра.

Ледяные струи лупили по асфальту, стекали по желобам и крышам, в канавах бурлила мутная вода. Дворники на машине трудились со всей возможной скоростью, а свет фар встречных автомобилей с трудом пробивался сквозь сплошную пелену.

Лира съежилась под зонтом возле ворот своего дома. Когда я подъехал, она юркнула в салон с плохо скрываемым облегчением.

– Тебе не страшно? – спросил я, когда мы на черепашьей скорости покатили по проспекту Лермонтова в потоке таких же неторопливых автомобилей.

 – Я имею ввиду, участвовать во всем этом безумии…

– Страшно, – сразу ответила Лира. – Мне всегда страшно…

Я покосился на нее. Она была бледной и мрачноватой, как всегда. Сегодня на ней красовалась другая шапочка, из-под которой на плечо сбегала коса каштановых волос. На стеклах очков поблескивали крохотные капельки воды – зонт не помог полностью уберечься от ливня. Серо-голубая куртка осталась прежняя, так же, как и неизменные перчатки. Про то, что ей всегда страшно, она проговорила абсолютно серьезно.

– Всегда? Почему?

Лира сцепила пальцы рук и уставилась на колени.

– Потому что жизнь – страшная штука.

Я не удержался от ехидного хмыканья.

– Смотря как жить, Лира… Иногда она бывает очень даже приятной, знаешь ли.

– Это не бывает надолго. Приятные моменты кончаются, а ужас перед жизнью не кончается никогда. В конце концов, нас всех ждет смерть.

– Ну ты, блин, философ! – вскричал я. – Memento more, что ли? С такими мыслями и до петли недалеко, так что сбавь темп, ради бога!

– Нет, что ты, Женя, – Лира мягко улыбнулась, и я сообразил, что мне нравится, как она называет меня по имени.

 – Просто философствую. На самом деле у людей много способов забыть о своем ужасе перед жизнью. Некоторые работают с утра до ночи. Некоторые занимаются экстремальными видами спорта, пьют, курят травку, с головой окунаются в любовные перипетии. Но, так или иначе, этот экзистенциальный ужас живет во всех.

Впереди светофор зажег красный свет.