Магия и тайна Тибета

Но ничего не сказал ни о вопросе, который хотел бы задать ему, ни о природе своего беспокойства. Лама с обычной холодностью осведомился:

– Насколько серьезен вопрос?

– Предельно важен, – ответил принц.

– Вы, вероятно, получите желаемый ответ, – сообщил гомчен из Далинга.

Хочет послать нарочного с письмом, решила я, собираясь уже напомнить ему о расстоянии, которое посыльному придется преодолеть, и тут меня поразил его вид. Глаза закрыты, мгновенная бледность покрыла лицо, все тело напряжено.

Подойти к нему, ведь ему плохо?.. Однако принц – от него тоже не укрылось, как внезапно изменился лама, – удержал меня, прошептав:

– Не двигайтесь! Гомчены иногда неожиданно впадают в транс. Нельзя принуждать его очнуться – это опасно и может даже убить его.

Сидя на месте, я наблюдала за ламой: он оставался неподвижным; черты лица постепенно менялись, оно сморщилось, приобретя выражение, которое я никогда не видела у него раньше. Наконец он открыл глаза. Принц вздрогнул: этот человек, на которого он смотрит, не гомчен из Далинга, а кто-то другой, совершенно незнакомый нам; с трудом шевелит губами и говорит голосом, непохожим на голос гомчена:

– Не беспокойся, тебе никогда не придется искать ответа на этот вопрос.

Затем медленно закрыл глаза, черты его снова изменились и стали чертами ламы из Далинга, – постепенно он приходил в себя. От наших вопросов уклонился и вышел молча, покачиваясь и едва держась на ногах от утомления.

– В его ответе нет никакого смысла, – пришел к выводу принц.

Случайно или намеренно, но, к несчастью, оказалось, что смысл в ответе все же был. Дело, вызывавшее беспокойство махараджи, касалось его невесты и девушки, которая родила ему сына и с которой он не хотел порывать и после женитьбы. Но случилось так, что ему не пришлось размышлять о своих отношениях с этими двумя женщинами – он умер перед самой свадьбой.

Пришлось мне также увидеть двух отшельников особого типа – больше таких не встречала в Тибете, где в целом местное население более цивилизованное, чем в Гималаях.

С принцем тулку я возвращалась из путешествия к границе с Непалом. Слуги его, осведомленные, что ему нравится демонстрировать мне «религиозные редкости» своей страны, указали на двух отшельников – обитали они в горах, вблизи селения, где мы останавливались на ночь. Крестьяне рассказали: люди эти так хорошо спрятались, что никто их не видел уже несколько лет.