Магия и тайна Тибета

Гомчен, как и большинство тибетцев не вегетарианец, развил на эту тему целую теорию, не лишенную оригинальности, – я слышала ее потом в других частях Тибета.

– Большинство людей, – ответил он, – едят как звери, чтобы удовлетворить свой голод, не задумываясь ни над своими действиями, ни над их последствиями. И хорошо поступают несведущие люди, когда воздерживаются от употребления мяса и рыбы.

Но другие считают, что, поедая животных, потребляют материальные элементы, из которых те состоят. Они знают, что усвоение этих элементов влечет за собой усвоение и элементов психических, в них заложенных.

Все, кто знаком с такими доводами, могут на свой страх и риск отбросить эти ассоциации и попытаться получить результаты, оправдывающие принесенные жертвы.

Вопрос в том, усиливает ли потребление животных элементов животные качества в человеке или он способен переработать эти элементы в умственные и духовные силы, так чтобы животная субстанция, попадающая в человека, возродилась в форме человеческой деятельности.

Затем я спросила его, объясняется ли этим обычное среди тибетцев эзотерическое ощущение, что ламы могут посылать духи забитых животных в Рай Великого Блаженства.

– Не думайте, что мне удастся ответить на ваш вопрос в нескольких словах. Эта тема очень запутанна. У животных есть несколько «сознаний», как и у нас самих, и, так же как в нашем случае, эти «сознания» следуют после смерти разными дорогами. Живое существо состоит из множества элементов, а не едино по своей природе.

Но хороший мастер может направить существо по правильному пути, до того как оно осознает эти доктрины.

Ламы часто прерывают свои объяснения такими декларациями. Однажды вечером, когда принц, лама из Далинга и я собрались в бунгало в Кевзинге, завязалась беседа об аскетах мистиках. Со сдержанным воодушевлением (что производило еще большее впечатление) гомчен рассказывал о своем учителе – о его мудрости и сверхъестественных способностях. Сидке– онга тулку тронуло, как глубоко уважает лама своего духовного учителя.

В то время принц был занят подсчетом расходов – ему предстояло жениться на бирманской принцессе.

– Весьма сожалею, что не смогу встретиться с этим великим нальорпа, – признался он мне по-английски. – Потому что он конечно же дал бы мне хороший совет, – и, обращаясь к гомчену, повторил по-тибетски: – Мне очень жаль, что вашего учителя здесь нет. Мне очень нужен совет такого сильного ясновидящего.