Магия и тайна Тибета

Но в выходные или в дни приема важных гостей со всех сторон появлялась целая толпа нанятых служителей и домашних слуг, – они выглядывали из каждого окна, торопливо сновали туда-сюда по небольшой площади перед зданием, крича и жестикулируя. Почти все – в грязных, обтрепанных одеждах, так что чужаку легко ошибиться в том, какое положение они занимают при ламе.

В изгнании уже не соблюдали сложного этикета, принятого в Потале, традиционные приемы потеряли свою красочность и величие. Те, кто видел спешно устроенные лагеря, где глава тибетской теократии ожидал восстановления своего трона, плохо представляли себе его двор в Лхасе.

Британские войска, проникшие на запретные территории и занявшие, несмотря на колдовство самых известных магов, столицу далай-ламы, вероятно, заставили его понять, что иностранные варвары все же обладали некоторой силой, во всяком случае с материальной точки зрения. Новации, которые он заметил во время своего путешествия по Индии, наверное, убедили его и в том, что они способны покорять и использовать материальные элементы природы.

Но убеждение, что белая раса умственно отсталая, осталось незыблемым, – в этом он только разделял мнение всех азиатов, от Цейлона до северных окраин Монголии.

Западная женщина, знакомая с буддизмом, показалась ему явлением невероятным. Растворись я в воздухе во время беседы с ним, он, вероятно, удивился бы меньше. Реальность моего существования – вот что поразило его больше всего, и, наконец, поверив в нее, он вежливо стал расспрашивать меня о моем учителе, предполагая, что я могла изучать буддизм только с помощью азиата.

Нелегко было убедить его, что тибетские тексты наиболее почитаемых книг буддизма[2 - «Гиачер ролпа»; перевод профессора Коллеж де Франс Эд. Фуко.] переведены на французский язык еще до моего рождения.

– Все равно, – пробормотал он в конце концов, – даже если несколько иностранцев и сумели выучить наш язык и прочитать наши священные тексты, они, несомненно, мало что поняли в них.

Это мой шанс, и я поспешила им воспользоваться.

– Потому я и решилась обратиться к вам с просьбой. Просветите меня, ибо я подозревала, что некоторые религиозные учения Тибета неверно поняты, – отвечала я.

Мой ответ понравился далай-ламе, и он с готовностью ответил на мои вопросы, а позднее даже предоставил мне письменные объяснения затронутых в нашей беседе тем.

Принц Сиккима и его свита исчезли; мне оставалось лишь сдержать данное ему обещание, и я стала готовиться к поездке в Гангток.