Магия и тайна Тибета

Но перед отъездом мне предстояло увидеть кое-что и здесь.

Накануне вечером я была свидетельницей того, как далай-лама благословлял паломников, – картина совершенно непохожая на то, как делал это папа в Риме. Глава католиков единым жестом благословляет все собравшееся множество людей, тогда как тибетцы требуют и ждут от ламы индивидуального благословения.

Форма ламаистского благословения варьируется в зависимости от ранга благословляемых. На голову наиболее уважаемых людей лама опускает обе руки; иногда – только одну руку, два пальца или даже один; наконец, есть благословение в виде простого касания головы цветной лентой, привязанной к короткой палочке.

Но всегда благословение подразумевает прямой или косвенный контакт между ламой и верующим. Этот контакт, по мнению ламаистов, совершенно необходим, так как благословение человека или вещи – это не просто произнесение над ними святых божественных фраз, но главным образом внедрение в них некой благой силы, исходящей от ламы.

Представление о том, насколько велик авторитет далай-ламы, я получила, увидев, как много людей приезжают в Калимпонг, чтобы он к ним прикоснулся. Прежде чем подойти к нему, нужно выстоять несколько часов в очереди; я заметила, что к процессии присоединяются не только ламаисты, но и многие из непальских и бенгальских сект индуизма.

Несколько человек, пришедших просто взглянуть на него, внезапно поддались религиозному пылу и поспешили присоединиться к молящейся толпе.

Наблюдая за этой сценой, я выхватила взглядом мужчину, сидевшего на земле, немного в стороне от всех. Пышные его волосы, обернутые вокруг головы наподобие тюрбана, напоминали прическу индуистских аскетов, но чертами он, в грязной, сильно поношенной ламаистской монастырской одежде, не походил на индийца. Рядом с этим бродягой лежала небольшая сумка, выражение лица циничное, – казалось, он наблюдает за толпой. Я указала на него Давасандупу и спросила, кем может быть этот гималайский Диоген.

– Это, наверное, странствующий налджорпа[3 - Пишется рнал хбьорпа; буквально значит «тот, кто обрел совершенное спокойствие», но обычно переводится как «монах– аскет», обладающий магическими знаниями.], – ответил он.

Заметив мое любопытство, любезный мой переводчик подошел к тому человеку и вступил с ним в беседу. Затем, с серьезной миной, возвратился ко мне и объяснил:

– Этот лама – странствующий монах из Бутана.