Жизнь любит тех, кто любит ее, или Как научиться мыслить красиво

 – К чему так спешить?

– Спешим на работу. Неужто не чуешь, Каменное сердце, ведь липы цветут! – на лету ответили Пчелы. Глянул Камень, а их уже и след простыл.

«Ишь, как ретиво на работу спешат, надо бы и мне какое-нибудь дело подыскать», – подумал Камень и прибавил шагу.

Пчелы сказали правду: каждый взгорок вокруг, каждая долинка, будто в золотом венке красуется. Вон та липа над самой пашней цветущие ветви клонит, а другая волну Даугавы по лицу гладит. А вон та пышная, раскидистая липа, вся в цвету, над рекой высится, на краю обрыва.

Подле нее Камень и остановился.

Вокруг Липы неугомонные пчелы гудят, поют песню за песней. И про кувшин с медом, и про спорую работу, и про давнюю-давнюю их клятву хранить добро Липы и в зимние холода.

А Липа знай подставляет пчелам самые пышные свои ветви. Медовым духом весь берег затопило.

Послушал Камень пение пчел и спрашивает:

– Похоже, сестрицы, вы жалобных песен вовсе не знаете? Разве никто вас никогда не обижал?

– Жжжалобных? Обижжжал? – зажужжала Пчела.

 – Сестрицы! Вы только послушайте! Жжжжалобиться! Делать нам, что ли, нечего?

– Нашел, о чем спрашивать, – подхватила другая. – Да еще в самое горячее времечко, когда и по ночам работы хватает.

– Не сердитесь, сестрицы. Я же только спросил. Ведь мне день-деньской одни жалобы доводилось слышать. – Ответил Камень, и вдруг у него как-то странно дрогнуло сердце.

Запыхавшись, обдавая Липу знойным дыханием, примчался Ветер.

То был другой Ветер, не тот, Июньский, трудолюбивый, а один из сыновей Грома.

– Каждый день буду прилетать, тобой любоваться. Славу о красе твоей разнесу по дальним далям, – пылко зашептал он Липе, раскачивая ее пышные ветви, но в следующее мгновение уже улетел без оглядки. На краю неба рокотал Гром, должно быть, отец звал сына домой.

Камень молча глядел на цветущую Липу и вдруг спросил:

– Отчего ты не жалуешься? Ведь эти пчелы не прилетят к тебе на будущий год.

А ветер развеет твой душистый запах и больше, наверно, сюда не заглянет…

– Знаю, – спокойно молвила Липа. – Что ж… Не прилетят эти пчелы, прилетят другие. Я и не прошу их навсегда со мной остаться. Хочу только, чтобы попусту не растратили то, что им дарю. Я верю труженицам пчелам, а не этому пустозвону Ветру.

И снова у Камня как-то странно дрогнуло сердце. И тут он заметил, что несколько корней Липы торчат из земли.