Гарри Поттер. Дамблдор

Волшебник хотел, чтобы первая схватка Гарри и Волдеморта прошла под его бдительным контролем. И такая возможность сама приплыла Дамблдору в руки, едва Гарри прибыл в Хогвартс!

Дамблдору было известно, что «жадный, злой и амбициозный Квиррелл, деливший душу с Волдемортом, не мог прикоснуться к [Гарри]» из-за жертвы Лили (ГП и ФК). Так что «тренировка» должна была пройти гладко: Гарри сойдется с Квирреллом, выйдет победителем – и на этом все. Камню ничто не угрожает, для Гарри тоже нет большой опасности.

Зато есть возможность набраться не только опыта, но и уверенности в себе, которой мальчик был лишен большую часть своей несладкой жизни.

На самом деле уверенность играет тут ведущую роль. В будущем она очень понадобится Гарри – как средство сохранить рассудок при встрече со злодеем лицом к лицу. И действительно, к тому времени, как Волдеморт возвращается в свое тело, Гарри уже настоящий профи в борьбе с ним – схватки с Темным Лордом происходят даже чаще экзаменов!

Не исключено, что Дамблдор не собирался назначать генеральную репетицию сражения с Волдемортом на первый год обучения Гарри.

Но главе Хогвартса всегда искусно удавалось адаптировать свои планы к новым обстоятельствам. (Не стоит забывать и о перспективе – персонажи пока не знают, что у них в запасе еще шесть романов.) Дамблдор признается (в том же откровенном разговоре из «Ордена Феникса»): «Ты великолепно отразил брошенный тебе вызов и раньше – намного раньше, чем я ожидал, – оказался лицом к лицу с Волдемортом» (ГП и ОФ).

Таковы были ожидания Дамблдора еще до истории с Квирреллом. Однако, узнав, что все завертелось, маг переместился по своей шкале времени и устроил испытание для Гарри в первый год его учебы.

Как раз эти корректировки объясняют причины появления защит со второй по шестую. Зачем тратить на них время, если более-менее эффективны только две: Пушок и Зеркало Яиналеж. Остальные же – дьяволовы силки профессора Спраут, летающие ключи Флитвика, шахматная доска Макгонагалл и загадка Снейпа – по силам даже группке первокурсников, что уж говорить о Квиррелле.

Дамблдор признается Гарри: «Я наблюдал за тобой куда внимательнее, чем ты можешь себе вообразить» (ГП и ОФ). Присматривая за мальчиком, он не забывал и о Роне с Гермионой – особенно когда стало ясно, что они будут лучшими друзьями и надежными союзниками Гарри.

Осведомленность Дамблдора о жизни компании Гарри становится заметнее в поздних книгах.