Танец со стулом

Вы этого достойны!».

«После рекламы мы расскажем нашим дорогим женщинам – я надеюсь, хоть одна нас сейчас смотрит, – как перестать беспокоиться о работе и получить все, о чем сейчас говорил мистер Таблбот. Это займет всего пять минут, а затем…»

Ада убрала звук.

– Что, все? – удивилась Кэрол. – А что же они тебя не показали? Вроде как, ты заварила кашу, можно сказать, герой дня…

– Зачем им меня показывать? Мои слова переврали. Знаешь, как было? Это они меня спросили: «Вы обвиняете мужчин в предательстве?» А я ответила: «Нет.

Мы обращаемся к тем, в ком сохранилась капля сострадания и порядочности».

– Обалдеть! Послушай-ка… А эти, в студии – они что там мололи? Не видели женщин? А матери у них кто, я извиняюсь? Этому Таблботу лет сорок, наверно.

– У Таблбота мать жива. Даже неплохо выглядит, – Ада усмехнулась. – А его старшая сестра – хочешь посмеяться? Работает у нас в центре. Говорит, что он полный козел. Все они прекрасно знают. И сколько нас процентов. Это шоу, Кэрол. Пропаганда.

Ты же слышала – мы сокращение. Им надо нас выкинуть на свалку. Роботы удобнее.

– Все! Хватит уже, Ада! – Кэрол отобрала у подруги пульт и выключила телевизор. – Черт с ними! Мы с тобой, наверно, месяц не виделись.

– Две недели, – сказала Ада.

– Ну все равно. Если бы не ты, я бы сейчас бездарно завалилась спать. А теперь у меня даже голова ясная.

– Может, лучше и правда тебе поспать? – озабоченно предложила Ада. – Нельзя так. Ты на себя в зеркало смотрела?

– А, ерунда! – отмахнулась Кэрол.

 – Сейчас выпьем с тобой кофе, и я буду в порядке. Завтра вечерняя смена, успею отоспаться. Пойдем, я тебе покажу, какую я птицу сделала…

* * *

Примерно через четверть часа они сидели на кухне, пили кофе, сваренный Адой, и закусывали сэндвичами из мини-маркета – Кэрол заявила, что раз она дожарила их на сковороде, то они теперь авторские.

– Тебе обязательно надо высыпаться, – наставительно говорила Ада. – Ты себя загонишь в могилу, и с кем мне тогда пить кофе?

– Надо, – радостно кивала Кэрол, уписывая сэндвич.

 – Высыпаться-то надо, это да. Честно, не думала, что будет так трудно. Какие же они все-таки, а… Ну непрошибаемые! Хоть бы одна что-нибудь уронила.

– И между прочим, роняют, – заметила Ада. – И еще как роняют. Только дома. Ты что, не знала?

– Нет! Что, правда?.. А почему?

– Это специально. Чтобы муж не чувствовал, что перед ним машина. Все что угодно могут уронить. Чашку, поднос… Суп разлить.